Две Золушки

Ах, как жаль, что ваша прекраснодушная дочь не унаследовала от вас ещё и красивую внешность!“ Принц заглушил вздох и одарил подданных щедрой улыбкой. После чего он впорхнул в золотую карету и укатил навстречу семейному счастью.

«Давай руку, дочка», – с облегчением выдохнул Журдэн и протянул Алёне крепкую, морщинистую ладонь. Ошарашенная девушка положила на неё свою исцарапанную руку. «Какое счастье! Ты спасена!» – запрыгала от радости Золушка. А Алёна пока понимала только одно: эти люди французы, но не артисты. Ей очень хотелось понять как можно больше.

Кажется, она уже начала догадываться… Во всех мирах – реальном, виртуальном, сказочном, космическом – это имя могло принадлежать только одной девушке. «У тебя есть сёстры?» – спросила Алёна у Золушки. «Да, – погрустнела замухрышка. – Две сводные сестры… Но они меня не любят…» «Ты сама во всём виновата, – вмешался в разговор господин Журдэн. – Ты их постоянно раздражаешь». Золушка хотела что-то возразить, но не решилась. «Твою старшую сестру зовут Жавотта?» – продолжала допытываться Алёна. «Правильно. А младшую зовут Луиза, – ответил за дочь господин Журдэн. – Бедняжка! Да ты и впрямь ведьма!» – сокрушённо вздохнул добряк и погладил Алёну по взлохмаченной голове. «Вы ошибаетесь, господин Журдэн, – поспешила возразить девушка. – Просто в нашем… гм… королевстве вас все знают». «Не думал, что мы такие знаменитые. Чем же мы прославились?» «У вас чудесная дочь и необыкновенная история». «Моя Золушка необыкновенная? – рассмеялся господин Журдэн. – Все говорят, что она лентяйка и уродина. Ho я её люблю, потому что она моя дочь и у неё доброе сердце». «Я знаю, вы находитесь под каблуком у жены, – неодобрительно сказала Алёна. – А Золушка – совсем не уродина. Она настоящая красавица. Её нужно как следует причесать и одеть. Вот увидите, какая она будет на балу!» «Да как ты смеешь, несносная девчонка! – рассердился господин Журдэн. – Ты издеваешься над нами! У тебя будет еда и крыша над головой. Ты сможешь у нас жить, сколько захочешь. Но ты должна дать мне слово, что никогда не будешь совать свой нос в чужие дела». Вслух Алёна признала, что погорячилась, а про себя подумала: «Ишь чего захотел!»

Как и следовало ожидать, мачеха приняла её в штыки. Визгливое трио не смолкало до позднего вечера. «Была одна лентяйка и нахлебница! А теперь их стало две!» – солировала госпожа Журдэн. «Здесь без неё тесно!» – подпевали матушке Жавотта и Луиза. «Разве можно так откровенно врать?» – негодовала про себя Алёна.