Две кругосветки

Воздев кверху указательный палец, кричал с катера на прощание что-то на латыни.

* * *

На следующее утро стало известно, что генеральный консул Лангсдорф выполнил обещание неукоснительно.

Палатки на Крысьем острове были поставлены в тот же день. Астроном Симонов и его помощники – гардемарин Адамс и артиллерии унтер-офицер Корнильев – на несколько дней переселились туда с «Востока».

* * *

Сверка хронометров – дело в длительном морском путешествии чрезвычайно ответственное. Очень важное дело. Адамс ещё со школьной скамьи отлично знал, что на экваторе ошибка корабельного хронометра всего на одну секунду означает ошибку в местоположении судна в 400 метров…

В корпусе им рассказывали поучительную историю о катастрофе у британских островов Силли, которая сто лет назад стоила Англии одного адмирала, двух с половиной тысяч моряков и пяти кораблей.

Таковы ужасные результаты неверных расчётов и неточности карты! Адамс вспомнил, как «мучил» их географ Зарубин, вдалбливая в головы азы астрономической навигации[12 - Астрономическая навигация – метод определения координат судна по положению светил на небе в любой момент времени. ] и предрекая лентяям судьбу адмирала сэра Шовелла, и улыбнулся. Всё-таки не самая плохая судьба – умереть адмиралом…

* * *

Нагретый воздух дрожал и плавился.

Присев на корточки, Роман осторожно потрогал рукой горячий, с характерным блеском, камень. Крысий целиком состоял из огромного алого гранита.

Ух и жар от него шёл, почти как от плиты на камбузе[13 - Ка?мбуз – кухня на корабле.

]. Если б не лёгкий ветер с моря… Адамс покачал головой.

Как бы подмётки не прожгло! А ведь сейчас ещё только ноябрь, последний весенний месяц в Южном полушарии. Как-то здесь летом?

Он встал, потянулся. По-хозяйски окинул взглядом зелёные горы, окружающие бухту, город, выстроенный под утёсами этих гор, загородные дома с обширными садами, выцветший к полудню горизонт над морем.

– Странное название у залива – Рио-Жанейро. Ведь «рио», кажется, река? Как думаете, Иван Михайлович?

Симонов, присевший на тюк с вещами в тени палатки, довольно хмыкнул.

Ему нравился любознательный гардемарин, задававший дельные вопросы.

– Река, вы совершенно правы, коллега.

Коллегой Иван Михайлович стал называть Адамса ещё во время стоянки на Тенерифе. Там впервые за время плавания производили сверку хронометров, всё прошло удачно, и профессор остался доволен новым помощником. Да-с, весьма доволен.