Девочка и химера

Полумрак темной водой затопил зрительный зал передвижного цирка «Магус», разлился под сиденьями, затек за выключенные софиты, захлестнул решетки и крепежные штанги купола, омутами свернулся в дверных проемах, и сквозь толщу этой воды смутно желтело пятно манежа.

Раз – и Дженни, как серебристая рыбка, взметнулась над свежими, остро пахнущими смолой опилками, сделала кувырок, плеснула сложенными ножками и ушла на глубину.

– Опля! – девочка встала точно на плечи Эвелины и радостно раскинула руки. – Встречайте! На манеже – Дженни Великолепная, звезда цирка «Магус»!

– Плохо, Дженни, никуда не годится, – фыркнул Эдвард, утирая лицо платком.

 – Тебе выступать через два дня, а сальто назад – хуже некуда. Дергаешься, как под током.

– Хоть бы спасибо сказал, – почти без обиды заметила Дженни, спрыгнув на манеж. – У меня основной номер – фокусы вместе с Марко. А тебе я просто помогаю. Сам же просил. А теперь обзываешься.

– Ты согласилась, – не сдавался Эдвард. – Так что не надо отлынивать. Давай еще раз.

– Эд, хватит, – взмолилась Дженни. – Сколько можно? Я голодная!

Эдвард был изумлен. Оскорблен. Фраппирован.

– И эта неженка – дочь Эдны и Роберта? Тебя что, эльфы в колыбели подменили? Или Марко привез сиротку из католического приюта? А может…

Эвелина кинула ему в лицо полотенце.

Эдварда это не успокоило, но заткнуло. Мгновение они мерились мрачными взглядами.

– У Джен это не основной номер, – с нажимом сказала Эвелина. – Уймись.

– На что она вообще годится? – фыркнул акробат.

 – Если от такой малости раскисает?

Дженни резко развернулась – так, что манежные опилки брызнули из-под ног, – и пошла за кулисы.

Хотелось бежать, опрометью, что есть сил.

«Из приюта!»

Но она шла с прямой спиной.

– Сгоняй за жратвой, – уже возле выхода ее нагнал голос Эдварда. – Хоть какой-то толк от тебя.

Дженни ничего не ответила. Она вошла в темноту закулисья, как нырнула в прорубь. Ей не хотелось плакать. Ей хотелось что-нибудь сломать.

«Из приюта!»

И ведь он знает!

Мама и папа погибли, когда Дженни едва исполнилось два года.

Во время гастролей в Южной Англии. Огромный рефрижератор вынесло на встречную полосу, и от фургона семьи Далфин осталась только искореженная груда металла.

Водитель фуры повредился в уме – бормотал на суде о каких-то чертях, вселившихся в машину. Его закатали на всю жизнь в психушку, но маму и папу не вернешь. А Дженни просто повезло. В тот раз фокусник Марко почему-то взял ее в свой фургон.