Девочка из города (сборник)

» – повторяла про себя Валентинка, обращаясь не к этой, живой, а к той, умершей. И вдруг посреди веселой сказки она уткнулась в серый фартук женщины и громко заплакала.

Мать не утешала Валентинку. Она только гладила ее темные волосы:

– Поплачь, поплачь, дочка! Поплачешь – сердце отойдет…

Таиска, у которой давно высохли слезы, с удивлением смотрела на Валентинку. Что это? Таиска ревела – так ведь ее нашлепали. А Валентинка чего ревет? Ведь ей же сказку рассказывали!

– Большая, а плачет, – сказал Романок.

 – Я, когда был большой, никогда не плакал!

– Дурачок! – прошептала мать и улыбнулась сквозь слезы.

Мать устраивает необыкновенную баню

В субботу вечером, убрав скотину, мать вытащила из печки огромный чугун с горячей водой и сказала:

– Ребятишки, готовьтесь!

– Сейчас в печку полезем! – закричала Таиска. – Париться!.. Валентинка, в печку полезем!

Валентинка думала, что Таиска вышучивает ее. Как это они вдруг полезут в печку?

– Чудная эта Валентинка, – сказала Груша, – ничего не понимает.

А еще городская!

Тем временем мать вытащила из печки все горшки и кринки, настелила всюду свежей соломы – и в самой печке, и на шестке, и на полу возле печки. Налила в таз горячей воды, сунула в него березовый веник и поставила в печку.

– Баня готова, – сказала она. – Кто первый?

– Я! – закричала Таиска, живо сбрасывая платье. – Я готова!

– Ну уж нет, – возразила Груша, – ты успеешь. Тут и постарше тебя есть!

Но пока-то Груша говорила, пока-то развязывала поясок, Таиска уже залезла в печку.

Мать прикрыла ее заслонкой, а Таиска плескалась там и выкрикивала что-то от избытка веселья.

– Лезь и ты, – сказала мать Валентинке. – Печка широкая, поместитесь.

– Я измажусь вся! – прошептала Валентинка.

– А ты осторожнее. Стенок не касайся.

Валентинка разделась, неловко полезла в печку и тут же задела плечом за устье, черное от сажи.

– Разукрасилась! – засмеялась мать.

– Лезь, лезь скорее! – кричала Таиска из печки.

 – Иди, я тебя веничком попарю!

Валентинка боялась лезть в печку. Но когда влезла, ей вдруг эта баня очень понравилась. Блаженное тепло охватило ее. Крепко пахло веником и свежей соломой. Таиска окунула веник в мыльную воду и принялась легонько хлестать ее по спине. Потом терли друг друга мыльной мочалкой. И все это было очень приятно.

В печке было темно, только щелочка вокруг заслонки светилась, как золотая дужка.