Дело «Плюх!»

– Это наше жилище, – гордо пояснил он. – Папа специально вырыл подводный туннель для входа, представляете!

– Штобы другие жвери не шмогли войти прошто так! – с важным видом пояснил Второй.

– Ведь многие из них хотят наш шъешть! – не отставал от братьев Первый. – Ну, лиши там. Или куницы вшякие.

Выдра-папа мрачно кивнул.

– Всё верно. И поэтому мы позаботились о том, чтобы дверь в наш дом находилась под водой. Тогда чужакам не так-то просто залезть. Так делают многие выдры.

Джек фыркнул.

– Не-е-е, – протянул он с недовольной миной.

– Но ведь это так уютно! – восторженно воскликнул Первый.

– К тому же сама квартира находится над водой, – продолжил выдра-папа. – И в ней всегда тепло и сухо.

– Но теперь вход больше не под водой! – отчаянно воскликнул Третий. – Понимаете, как это опасно?

– Мы так боимшя, што на наш нападут! – жалобно подхватил Второй.

– Да! Нападут и шъедят! – всхлипнул Первый.

– Звериная полиция! – внезапно откуда-то раздались нежные голоса. – Наконец-то вы пришли! Срочно! Спасите! Сюда!

Флопсон встрепенулась и завертелась на месте, взглядом обыскивая весь берег. Откуда доносятся эти голоса? Кто это? Наконец возле одной из лужиц она заметила каких-то зверюшек. Таких она ещё в жизни не встречала! Они выглядели как помесь змеи и лягушки. Золотисто-бурые, с вытянутыми тельцами, покоящимися на четырёх упругих лапках.

Полицейские во главе с Флопсон поспешили к лужице и заглянули в неё. Там плавали какие-то зверюшки. Длинные, с тонюсенькими лапками. Странно дёргаясь, они беспомощно бултыхались в остатках грязной, мутной воды. Головы этих диковинных зверюшек украшали крошечные гребешки. Время от времени кто-то из них выныривал и издавал нежное «ми-и-и-ип». Правда, звучало это «ми-и-ип» довольно жалобно. До того жалобно, что у Флопсон сердце сжалось.

– И кто это у нас тут? – пробасил Фридолин ласково, разглядывая зверюшек.

– Это наши детки! – воскликнули бурые зверьки, сидящие возле лужи.

– Разрешите представить, – вмешался выдра-папа, который тоже подошёл к луже. – Это гребенчатые тритоны. А в лужице плавают их детёныши.

– Какие миленькие! – Фридолин расплылся в умилительной улыбке. – Сладенькие вы мои! – Он повернулся к взрослым тритонам: – Можно их потискать?

– Нет! – в панике завопили те.