Дело о незнакомце в шляпе

 – И как я мог подозревать шофёра?! Это честнейший парень, он и мухи не обит.

– Ну ты и фрукт! – заявила Наташа. – В прошлый раз громче всех кричал, что шофёр главный негодяй, а теперь отказываешься от своих слов.

– После девятой главы мне на самом деле казалось, что виноват шофёр, но теперь я знаю имя настоящего преступника.

– И кто он? – поинтересовался Данька.

– Отец главной героини! – выпалил Филипп. – Это он подстроил аварию, подделал подпись в документах и подбросил перчатку под дверь.

И началось бурное обсуждение.

Перекрикивая друг друга, ребята попутно стучали по столу и ели вафли с печеньем.

– Филипп, ты совсем читать не умеешь, – кипятилась Ульяна. – И логика у тебя хромает. Отец не мог подбросить перчатку, он лежал в больнице.

– И мог запросто оттуда уйти на несколько часов. Говорю вам, он главный злодей!

– Нет.

– Да.

– А по мне, – призналась Наташа, – так это всё подстроила сестра главной героини. Именно в её комнате обнаружили флакончик с сильнодействующим снотворным.

– А подпись как она подделала? – вопрошала Ульяна. – У неё же рука в гипсе?

– Ой, – растерялась Наташа. – Я об этом не подумала.

– Твоя версия, так же как и версия Филиппа – смешна. Знаете, кто преступник? Старый садовник.

– Что ты такое говоришь?!

– Улька, он безобидный старикан! Дань, скажи ей.

Сидевший молча Данька, откашлялся и замотал головой.

– Я не согласен ни с одним из услышанных вариантов. Лично мне кажется, преступление совершил двоюродный брат героини.

Он с самого начала вёл себя подозрительно. В пятой главе не мог толком объяснить, что делал в кабинете своего дяди ночью, в седьмой главе зачем-то подслушал разговор сестры с отцом.

– Сначала я тоже подозревал его, – осторожно проговорил Филипп. – Но у него есть алиби. Он не мог подкинуть перчатку, так как уезжал в тот день из города.

Данька задумался. А ведь Филипп прав. И как это он упустил столь немаловажную деталь? Непростительно! Схватив ручку, Даня сделал в блокноте короткую запись и снова задумался.

В себя его привёл голос Филиппа:

– Уль, почему ты принесла так мало печенья?

– Его было много. Просто кто-то слишком много ест.

– Я съел всего две штучки.

– Врёт и не краснеет. Да ты за первые пять минут, слопал штук десять.

– А ты считала, да?

– Делать мне больше нечего. Но если ты так голоден, иди в дом, попроси у моей бабушки ещё печенья.

– И пойду, – Филипп спешно вышел из беседки и скрылся за туями.