Дело о цирке

Лассе и Майя постучали в окошко кассы, но за ним никого не было.

– Видимо, слишком рано, – сказала Майя. – До первого представления еще целый час.

– Есть время кое-что выяснить, – заметил Лассе и шагнул на лужайку.

– Вообще-то… – Майя растерянно оглянулась…

А потом, пожав плечами, пошла за Лассе, успевшим пролезть между двумя фургонами. На одном из них висела табличка: «Директор цирка».

В тени фургонов стояла приятная прохлада. Окно в торце директорского фургона было открыто, и оба сыщика вздрогнули, когда оттуда донесся пронзительный женский вопль:

– Лучше бы я вышла за Бобо, а не за тебя, горе-директор! Бобо хотя бы дарит мне цветы и признается в любви!

Лассе и Майя поняли, что стали свидетелями семейного скандала.

– Что ты, что ты, голубушка моя, – осторожно произнес мужской голос, по-видимому, принадлежавший директору. – Скоро все наладится! Публика поймет, что у нас лучшая в мире труппа, и денежки хлынут рекой!

– Лучшая в мире! – взвизгнула женщина, по-видимому, жена директора.

Фокусник, отсидевший в тюрьме.

Силач, который ломает носы зрителям, и клоун Бобо, который справился бы с твоей работой получше тебя.

А самое-то горе, что закадычный дружок твоей дочки – обезьяна! Что за жизнь!

Переведя дух, женщина закричала с новой силой:

– Как я могла быть такой дурой?

Тут послышался звон бьющейся посуды, а потом чашки и стаканы полетели из окна.

– Уходим, – шепнул Лассе. – Пошли дальше!

Глава 3.

Едва они снова выбежали на солнце, как Лассе споткнулся о какую-то железяку, потерял равновесие и полетел вперед.

И ткнулся головой прямиком в чей-то живот…

Живот принадлежал великану в черно-белом полосатом трико. А железяка оказалась штангой – великан с ее помощью качал свои гигантские мышцы.

Великан отступил на шаг – и опрокинул бутылку с пивом, стоявшую у его ног.

– Мой пиво! – зарычал он.

Он разозлился не на шутку.

– Вот сейчас Али-Паша вас уши обрывать, – и он ухватил одной рукой ухо Лассе, а другой – Майи.

И потянул вверх. Лассе и Майе пришлось встать на цыпочки, чтобы и правда не лишиться ушей.

– Али-Паша, первый силач в мире, не любит, когда ему мешают качать мускул! Зачем непослушные дети путаются на цирковой площадка?

– Мы… – начал Лассе, но дальше не придумал.

– …собираем материал для школьной газеты! – подхватила Майя.