Дело об ожившем мертвеце

В тот день стояла ясная погода, и я, закончив полировать очередной гроб, вышла на улицу. Уселась на лавочке под старым дубом, книжку открыла, а Скелет разлёгся у моих ног и принялся сосредоточенно грызть какую-то щепку. В тёплом воздухе пахло дождём.

Я дочитала роман как раз до того места, когда Франкенштейн пытается оживить своего собранного из трупов монстра, когда на моё плечо легла чья-то рука. Разумеется, я вздрогнула от неожиданности и испуганно вскочила на ноги.

А это оказался Оливер.

– Добрый день, мисс, – сказал он.

Скелет оставил в покое недогрызенную щепку и внимательно посмотрел на Оливера, забавно, почти наизнанку вывернув одно своё ухо.

– Ты можешь называть меня просто Вайолет, – ответила я, стараясь добавить голосу больше теплоты и дружелюбия, чем испытывала на самом деле.

Мне показалось, что Оливер почувствовал это.

– Я вас огорчил? – спросил он. – Простите, если так. Я… на самом деле, мне не совсем понятно, что я здесь делаю, но действительно очень, очень благодарен вашей семье за то, что вы взяли меня к себе.

И он присел на скамейку рядом со мной.

– Нет, ты меня ничем не огорчил, – вздохнула я. – Ты тут ни при чём. Это всё мой отец. Понимаешь, я хотела сама стать его помощницей, ведь я всё знаю о нашем бизнесе. Всё!

Тут я на всякий случай оглянулась вокруг, чтобы убедиться, что нигде не видно мамы и она не высунет свою голову из-за ближайшего куста, чтобы отчитать меня.

Оливер улыбнулся – это была долгая, ленивая, сказала бы я, улыбка.

– Держу пари, что в один прекрасный день он сам поймёт это, мисс… Вайолет. Что-то должно будет измениться, и изменится!

– Ну, разве только крепко по голове получит! – сболтнула я и немедленно пожалела об этих своих словах. Пожалела, однако справиться со своим любопытством всё-таки не смогла и спросила: – Кстати об ударах по голове. Позволь спросить: ты помнишь что-нибудь из того, что с тобой тогда случилось?

Оливер прикрыл глаза, словно пытаясь найти в памяти ответ на мой вопрос.

– Что я помню?.. Боль я помню. Вот здесь. – Он повернулся ко мне спиной и раздвинул на своём затылке волосы, показав глубокую рану, которая теперь начинала понемногу зарубцовываться. Лежавший у наших ног Скелет сочувственно заскулил. – А что было до этого?.. Нет, не помню. Знаю, что меня зовут Оливер. Моя мама умерла, когда я был ещё совсем маленьким.