День исполнения желаний

– Какая же пасть должна быть, чтобы туда этот монстр влез?

Прищурив один глаз, Ходыкина изучила орех со всех сторон, потом открыла рот, но Сонькина добыча не помещалась между зубами.

– Что, не влезает? – опешила Сонька «Энерджайзер», как будто только что разглядев, какое чудовище принесла, и веселые огоньки в ее глазах потухли.

Даша скривилась.

– Представляю, как ты это добро в Терещенко впихнешь. – Для убедительности Ходыкина взвесила орех на ладони. – Сначала будешь ловить его, потом привязывать к стулу, насильно открывать ему рот… А уж как он его раскусывать станет, я даже подумать боюсь.

Этот орех только молоток возьмет.

Но тут дверь открылась, и в кабинет робко вступил объект пристального внимания неугомонной троицы. Терещенко был в свежей рубашке, в отчищенном и отутюженном форменном пиджаке, чистые волосы у него топорщились, лицо было пунцовым, то ли от смущения, то ли от того, что его долго отдраивали.

Класс никак не отреагировал, хотя кто-нибудь и мог заметить, что Терещенко непривычно отмыт и заметно немят.

Парни продолжали все так же громко что-то обсуждать, сидя на подоконнике и партах, девчонки рвали друг у друга модный журнал, особо прилежные не поднимали носа от учебников. Одни только Даша с Соней замерли, открыв рот. Орех из ослабевшей руки Ходыкиной выскользнул, стукнулся о парту и раскололся на две части. Внутри него оказалось сморщенное и почерневшее от старости ядро.

Терещенко пробрался к своему месту около окна и машинально дернул цветочный листок. На этот раз перед его носом оказался тонкий ветвящийся кустик с жесткими стеблями и широкими, насыщенного зеленого цвета листьями в белую крапинку. Заботливой Таниной рукой на табличке было выведено: «Драцена Годзефа». Кто такой Годзеф, что в его честь назвали драцену, никто не знал, поэтому тут же на табличке было приписано еще несколько не самых приличных слов.

Первой пришла в себя Дашка «Данон».

Она кашлянула и цыкнула зубом.

– А орешек-то того… – хмыкнула она, накрашенным ногтем ковыряя подгнившее нутро несостоявшегося чуда. – Прикинь – сунули бы мы ему эту гадость, а он отравился бы да копыта отбросил. Вот и все превращения.

– Слушай, чего мы паримся? У него, может быть, сегодня день рождения? – вдруг облегченно вздохнула Сонька «Энерджайзер» и легким движением смахнула скорлупки на пол.