Между Геркулесом и Лебедем

– Жду тебя, – говорит она в трубку и выдыхает дым.

– Уже еду.

Через двадцать минут я уже сижу у Марион в кабинете и закуриваю взятую у нее сигарету. Не то чтобы я курила на постоянной основе, но, когда нервы сдают окончательно, я хватаюсь за сигареты или виски. А виски мне запрещает пить Марион – говорит, что алкоголь плохо влияет на мою кожу. Конечно, иногда я пью при ней, но это лишь пару глотков. А вот против сигарет она почему-то ничего не имеет. Наверное, потому что сама курит.

– У нас намечается большое мероприятие, Лира, – начинает она.

– Рассказывай.

– Это очень большие деньги.

– Продолжай, – улыбаюсь я.

– К нам приедут наши постоянные клиенты. Их будет человек десять, может, пятнадцать.

– Повод?

– Повод как всегда один и тот же: желание развлечься и потратить уйму денег.

– Дальше.

– Мне предстоит заранее определить для каждого клиента девушек, которых он выберет.

– Что требуется от меня?

– Правильно задаешь вопросы, – улыбается она и продолжает, – мне нужно, чтобы ты провела беседу с новенькими.

Они молоденькие, стеснительные, всего боятся. У некоторых еще не было ни одного клиента.

– Мы же договорились, что я не буду мамочкой для них, – я закатываю глаза и затягиваюсь сигаретой.

– Детка, тебе нужно объяснить им как нужно себя вести и что делать. Я не прошу с ними нянчиться.

– Ладно.

– Славно. Особое внимание удели Афине.

– Что еще?

– Кому тебя предлагать?

– Марион, ты что, у меня спрашиваешь, кого я хочу в клиенты? – От удивления я давлюсь дымом и кашляю.

– Да. Я немного погорячилась с теми стариками, не взяв с них деньги. Это было оскорбительно для тебя. Нужно было взять деньги, самого их присутствия было вполне достаточно для того, чтобы тебя проучить. Но я была так зла.

– Ладно, ничего, забыли уже.

– Договорились.

– А предлагай меня кому угодно только не старикам. Ты же помнишь мой лимит 45. И то для меня 45 это уже тяжело.

– Хорошо, детка.

– А тот молодой клиент, как его, – я делаю вид, что вспоминаю имя, – ну тот, у кого не было определенного запроса…

– Уильям Грин?

И тут мне на голову падает большущий камень со мхом, такой грязный и мокрый.

Уильям Грин? Неужели он брат Эдварда? Боже, или он однофамилец? У меня начинают трястись руки.

– Да, кажется он, – упавшим голосом говорю я.

– И?

– Он будет на мероприятии?

– Я еще не вписала его в список гостей, но он звонил и просил включить его в мероприятие.

– А ты что?

– Я сказала, подумаю.