Детство золотое

Мы с Агашей почти их всех тут вместе выводили… Вот она, моя любимица!.. – и девочка стрелой понеслась к белой, как снег, курице, выходившей из палисадника со своей семьёй.

– Не знаю, что мне с ней делать? Разве в птичницы отдать. Первое удовольствие моей Фофочки – это птичий двор, – шутила старая графиня.

– Маленькая графинюшка сами, как ранняя пташка. Чуть утро, они уже тут… И ведь всё-то им надо знать. Всё их забавляет: и покормят птиц, и воды попить дадут.

– Вы посмотрите, бабушка, что это за курочка? Другой такой в мире нет.

Снежинка! Душка! Прелесть моя!.. – восторгалась девочка, делая ручки горделивой курице, которая степенно проходила мимо гостей с такими же белыми, как сама, цыплятами.

Действительно, «маленькая графиня», как называла девочку Агафья, или «Фофочка», как звала её бабушка (девочку звали Соней), много времени проводила на дворе.

Придёт весна… Наступит время сажать птиц на яйца. Вот когда много забот и волнений для Агаши. Во всех тёплых помещениях, в корзинках с сеном, иногда под решётками сидели наседки и выводили птенцов.

Редкий выводок появлялся на свет без ласкового присутствия Фофочки.

– Душки! Прелесть! Милые! – встречала девочка появление на свет птенчиков, когда они, проламывая клювом яичную скорлупу, выходили на свет Божий, такие маленькие и слабые.

Из каждого выводка Фофочка выбирала себе одного цыплёнка, давала ему имя и называла «своим».

Во время выбора она бывала в большой нерешимости и в простоте сердечной думала, что те, которых она не выберет, обидятся; долго в раздумье смотрит девочка на цыплят и непременно укажет на самого слабенького и некрасивого.

Таких она больше жалела.

Агаша хорошо знала сердце своей молодой хозяйки и догадывалась.

– Вот этот будет ваш, графинюшка.

– Почему ты отгадала, Агаша? Ну, скажи: почему? Ведь верно, его-то я и хочу сделать… своим.

Птичница только улыбается.

– Да у него вон лапка кривая, он хромой.

– Бедный! Как мне жаль его! Он никому не будет нравиться.

Тех-то красивых все будут любить. Да, этот будет моим, – решительно заявляла девочка и с тех пор чаще кормила и баловала «своего» цыплёнка.

Сама хозяйка – старая графиня, все гости любовались птицами, но не знали они, скольких забот, ухода, труда стоили они Агаше.

Встанет она с первым рассветом… и до вечера не присядет, о каждой самой маленькой пичужке вспомнит и позаботится, а было их на том птичьем дворе не одна сотня.