Детство золотое

Когда Ганьке исполнилось десять лет, то барыня-помещица велела ей уже как следует приучаться ходить за птицей и во всём помогать матери. Новая маленькая птичница и без того хорошо знала это дело, но, получив приказ «барыни-графини», как говорила она, сразу стала меньше шалить, стала серьёзнее.

Время шло. Ганька подрастала, помогая матери, и с каждым годом всё более и более привязывалась к птицам.

Когда она выросла, стали все её звать Агашей да Агафьюшкой. Мать её умерла, и она осталась главной птичницей в богатом имении.

Что за удивительный птичий двор был в нём: ровное поле, нарочно усеянное свежей зелёной травой, широкое и длинное, кругом обнесено было затейливым каменным забором; по краям двора тянулись постройки: зимние и летние помещения для птиц и жилища для людей.

У каждой отдельной породы птиц были свои особые помещения, свои дворы.

Много помощниц было у Агаши, но за всем старательно наблюдал её заботливый глаз.

Важная графиня-помещица с седыми локонами, с чёрной кружевной наколкой на голове часто приходила на птичий двор, приводила с собой гостей, а за нею прибегали двое внучат: девочка лет семи, весёлая, румяная, миленькая, с голубыми глазами и золотистыми кудрями, и мальчик-кадет, который приезжал в деревню только летом.

– Покажи, покажи, Агафьюшка, твоё царство, – тихо и медленно говорила хозяйка, поднося к глазам лорнетку.

– Пожалуйте, ваше сиятельство, пожалуйте, – приветом встречала птичница свою госпожу и, шумя ключами, бегала от одного помещения к другому, всё открывала настежь и скликала птиц.

Куры, гуси, утки, индюшки, павлины сбегались со всех сторон!

– Ах, какая роскошь! Какой восторг! Какие удивительные у вас птицы! – восхищались гости и, осторожно ступая, заглядывали внутрь помещения. – Какая везде чистота! Какой порядок! Да у вас образцовый птичий двор.

– Всё она… Всё Агаша моя… – шёпотом сообщала барыня. – Такая трудолюбивая, кроткая, любит животных. Я просто удивляюсь, как ей на всё времени хватает.

– Это – цесарки, те – кохинхинки, а вон те, дальше – брамапутра, – сообщала маленькая девочка гостям, указывая на куриц.

– Графинюшка тут всё знает, всё сами расскажут, каждую птицу по имени назовут, – замечала Агафья, с любовью посматривая на прелестное личико белокурой девочки. Та улыбалась в ответ задорно и весело и грозила пальцем птичнице: видно было, что они давно большие друзья.

– Я ведь очень, очень люблю птиц.