Дневник Батарейкина, или Космолагерь зовёт!

Вежливо высунувшись наружу, я увидел симпатичную курносую девчонку с густой гривой ярко-красных волос, заплетённых во множество тонких косичек. По-пиратски прищурившись и засунув руки в карманы коротких джинсовых шорт, девчонка смотрела на меня и широко улыбалась. Будто ожидала, что вот-вот сейчас я перемахну через подоконник, ловко спрыгну на газон, перекувырнусь через голову, отряхнусь и по-джентльменски пророкочу, протягивая ей сорванный в полёте бутон розы: «Ужинать? Конечно, мадмуазель! Не составите ли вы мне компанию?»

– Ужинать? Э-э-э… Кхм-кхм… Ну да, в принципе… Так-то мы бы сходили пожрать, конечно, – осторожно проблеял я, мысленно проклиная ужасно некстати включившийся самый дурацкий вариант голоса.

 – Но только нас ведь не выпускают…

– И что? Это же всего лишь второй этаж!

Я посмотрел вниз. Там была клумба с колючим шиповником, по периметру заботливо огороженная угловатыми белыми кирпичиками. Прыгать туда мне решительно не хотелось. Да и сама девчонка внезапно показалась какой-то жутко подозрительной.

Поэтому, сделав вид, будто меня позвали, я изобразил покер-фейс и молча сделал шаг назад от окна. И затаился в глубине комнаты.

С улицы послышалось презрительное «пффф!», но я убедил себя не поддаваться на провокации.

Наконец, ещё через час, замок в двери защёлкал. О, как я ждал этого момента! Я был готов! Едва появилась щёлочка, я сразу же прямо в неё громко и отчётливо выкрикнул:

– Мы отказываемся сниматься в вашем реалити-шоу! И на органы запрещаем нас распиливать! Всё, полный официальный отказ! То-то же!

Дверь слегка дрогнула, но потом всё же открылась до конца.

В комнату шагнул крепкий дядька с мушкетёрской бородкой. Мускулистый, лысый и мрачный.

Посмотрел на меня. Потом на серо-зелёного Ромыча. Потом снова на меня. Спросил хрипловато:

– Так, я что-то не понял… Кто именно из вас центрифугой контужен?

– Ну я, – хмуро ответил Ромыч, медленно поднимаясь с кровати. – Выгонять из лагеря будете? Да и пожалуйста! Вообще-то, мы и сами убежать хотели!

И насупленно уставился на дядьку.

Тот медленно подошёл ближе. Помолчал. А потом хлопнул Ромыча по плечу и расхохотался:

– А я смотрю, ты крепкий орешек! Там же нагрузка была на взрослого рассчитана! Это очень здорово, что ты такой живучий! Это ты молодец! Дай пять!

Дядька оказался обладателем не только лысины, мускулов и лукавого прищура, но ещё и чувства юмора.