Дневник Батарейкина, или Космолагерь зовёт!

Игорь уселся на корточки, схватил себя за голову и задумчиво забормотал:

– Так… Если центрифуга была рассчитана на массу взрослого… Ну-ка, прикинем… Скорость… радиус… Я думаю, там примерно семь «же» было. Хотя могу и ошибиться в несколько раз, конечно, но с точки зрения принципов физики это несущественно. А вот для Ромыча может быть фатально. Он, кстати, уже и не кричит больше.

– Вот так конфуз вы уст’оили… А ведь гово’или, что п’ибыли от Валентины А’ту’овны! – обиженно бубнил ботан, нашаривая на поясе рацию.

 – Могу п’едположить, что по’а вызывать в’ача…

– ДА ВЫЗЫВАЙ ТЫ УЖЕ ХОТЬ КОГО-НИБУДЬ!!!

Потом было много криков. Когда притопала недовольная врачиха, центрифуга как раз перестала вращаться. Серо-зелёного Ромыча кое-как достали из капсулы. Стали оживлять.

Прибежавшая Гаца с ходу принялась всех строить. И долго ругалась с врачихой.

В итоге самым виноватым они решили сделать ботана.

А я всё думал. К сожалению, это не база повстанцев. И уж точно – не логово маньяков.

По крайней мере, ботан на маньяка совсем не похож. Он похож на психованного фрика, но не на маньяка. Может, они тут реалити-шоу снимают? Точно! Про выживание голодных школьников в дикой природе, например.

Нас посадили под арест в нашей же комнате. И дверь на замок заперли. Объяснили, что это сделано для «нашего комфорта и безопасности». И теперь ждут, когда приедет директор лагеря, чтобы решить вопрос о нашем отчислении за грубое нарушение правил поведения.

Но мы-то знаем, что на самом деле мы оказались слишком дерзкими и опасными.

Мы абсолютно не вписались в формат этого их реалити-шоу. Ну и ладно!

Ждать пришлось долго. Прошёл час. Про то, что нас пора кормить или хотя бы выпустить ненадолго, никто не вспомнил, конечно. Неужели этот вопрос волновал только меня? Игорь невозмутимо перелистывал свой любимый справочник по физике. Ромыч, по-прежнему сохранявший ровный серо-зелёный оттенок, пластом лежал на кровати и только изредка произносил прямо в потолок разные неприличные слова.

Хлоп! Крепкая еловая шишка влетела в окно, отскочила от стенки и завершила свою траекторию в Ерохиной банке, громко и выразительно булькнув.

– Эй, узники! Вы ужинать-то идёте? – раздался с улицы звонкий и слегка нагловатый голос.

Ромыч снова произнёс плохое слово и устало прикрыл глаза. Игорь, поглощённый обдумыванием актуальных проблем современности, вообще никак не отреагировал. Так что переговоры пришлось вести мне.