Добранушка

Для малого обычного волшебства у нее «Книга Волшебства» есть, для большего волшебства Золотое Веретенце имеется, которое ей от предков досталось. Если «Книга Волшебства» требует высказанного пожелания, то Золотое Веретенце претворяет волшебство по мановению руки и помысла. Это ее наисильнейшее оружие против нас. Защита на девчонке стоит вековая. Не подвластная она моим чарам. Род ее защищает. Ну да ночь впереди. Буду до утра колдовать. Не наколдую, не умерщвлю, так свинью подложу.

– Колдуй, старая! Колдуй! – потребовал Душегуб Кинжалович.

– Пекарня волшебная. На новых технологиях работает. Печет сама разные вкусности. Народ за ее батонами, булками и пирогами с утра издаля тянется.

– Проклятая пекарня…

Хотел Душегуб Кинжалович колдовством сломать пекарню. Напрягся, натужился, глазами, заморгал, задвигал, зловеще зашептал. Остановилась пекарня. Но появилось странное существо на колесиках, предохранитель не электрическом щитке заменило и снова заработала пекарня.

– Не получается, – проскрипел Душегуб Кинжалович. – Охраняет пекарню кто-то. Человек – не человек, собака – не собака. Робот какой-то.

– Сломать надо пекарню, – заискивающе произнесла Заноза Болвановна.

– Колдуй, проклятая! И я сложа руки, сидеть не стану. – Взял Душегуб мобильный телефон, потыкал корявым пальцем в кнопки и поднес к уху. – Алло!.. Это я… Эй, вы там, подлецы, наглецы, гады многоразовые, живо ко мне. Одна нога там, другая здесь.

Где-то на задках дома в сарае завыло что-то так, что мурашки побежали по коже.

– Опять!.. – выругался Душегуб Кинжалович. – Пойди, старая, накорми его.

– Сам иди. Он только тебя к себе подпускает.

Тут послышался тихое тарахтение и шорох. Дверь открылась, и в дом вошел паренек, кудрявый, ловкий, стройный, невысокий. Глаза озорные пытливые, плутовские.

– Малыш? – окинул его взглядом Душегуб Кинжалович. – Много чего наворовал?

– Есть, – басовито ответил Малыш и высыпал перед Душегубом из кармана монеты, бумажные деньги, золотое колечко и цепочку с медальоном в виде сердечка.

– Где взял? – ткнул Душегуб Кинжалович пальцем в медальон.

– На рынок сегодня богачи из Воображалово приезжали. Так я их пощипал немного, – ухмыльнулся Малыш.

– Мало принес, – недовольно сказал Душегуб и забрал все себе.

– Мне-то оставь чего, – басовито сказал Малыш.

– На карманные расходы, если не врешь, сам наберешь, – сказал Душегуб Кинжалович.