Добранушка

И он снова принялся с другими часами играть.

Едва Заноза Болвановна вышла из дома Добранушки, как ноги и руки ее заболели, хоть вой.

Подошла она к болоту, затопталась на месте и увидела картинку, как мышка лежит на столе около мобильного телефона.

– Тьфу, темная сила не тому навредила, – сказала она. – Мышь отравила вместо девчонки. Дай-ка я ей еще попробую навредить.

И тут Заноза Болвановна начала бить себя костлявыми руками по бокам, ходить около болота и шептать заклинания на смерть.

Она говорила быстро-быстро: «Ходите, ходите ноги. Топчите поля и дороги. Дела рукотворные – пыль, добро – ничто, цветы – гниль. Темные силы дайте страх. Превратите девчонку в прах. Харем заерзи шарах замизи, возьми, возьми, возьми…» Она трижды повторила заклинание. Остановилась, глаза прикрыла, посмотрела внутри себя в зеркало настоящего. Добранушка живехонька. Плохо сделалось девочке Хочу и мальчику Крошику. Их души в цветках сильно постарели. Она явственно увидела, как Добранушка подошла к увядающим цветам с душами молодых людей и начала их поливать ключевой водицей.

– Тьфу, – сплюнула Заноза Болвановна. – Опять темная сила не тому навредила. Стара стала, слаба, не те силы. Небесным щитом закрылась от меня девчонка. Ничего я свое возьму. Доброму делу – день, а злому ночь. Пока добро спит, зло дело вершит.

Кости у нее заболели еще сильнее. И она, подвывая, охая и хромая, вошла в дом.

Душегуб Кинжалович играл с часами.

Как только Заноза Болвановна вошла, он перестал играть и посмотрел на вошедшую.

– Принесла тебя нелегкая, – сказал он Болвановне скрежещущим голосом.

– Принесла, мерзкий ты мой повелитель гадких пакостников. Не сломить нам девчонку. Крепко она на своем стоит.

– Знаю, – сказал Душегуб Кинжалович, – я с ней состоял в переписке. Какой она вечной любовью хочет зло победить?

– Про то не ведаю, противный и ненаглядный касатик мой, – ответила Заноза Болвановна.

– Так разведай, старая.

– Разведаю, все разузнаю.

– Сама толком ли к ней сходила? – грозно спросил Душегуб Кинжалович.

Болвановна в ответ сморщилась так, что сильнее уже и нельзя было.

– Что не получилось отравить, навести порчу и заколдовать девчонку?

– Не получилось, соколик мой ясный, Душегуб прекрасный, – масляным, трусливым голосом ответила Заноза Болвановна. – Просветленная она оказалась, посвященная в таинства.