Добро пожаловать в д. Луково!

Перед ней проплывал непроглядный лес! Деревья вокруг росли такой вышины, что не было видно неба. Косые лучи солнечного света падали сквозь густую зелёную крону на тропинку.

Машина ехала по узкой лесной дороге, аккуратно объезжая огромные корни деревьев, торчащие из-под земли. Казалось, будто они хотели им подножку поставить, как мальчишки в школе. Папа осторожно крутил руль, объезжая выбоины на дороге, но каждый раз, когда машина попадала в яму или наскакивала на очередную кочку, ворчал себе под нос: «Вот, Кощеева кочка! Тьфу ты! Старый скряга! Никак дороги не сделает…» Медленно они продвигались вперёд.

Недалеко от дороги, наполовину скрытый пушистыми ветвями деревьев, стоял большой рекламный щит, из потемневших от дождей и времени досок, старый, покосившийся. Внизу под едва различимой картинкой то ли дерева, то ли чего-то ещё красивым витиеватым шрифтом было написано:

Добро пожаловать в деревню Луково!

Население триста шестьдесят пять человек, пять русалок и один кот.

Направо – Аптека.

Налево ? Дом Культуры.

Прямо ? Кафе «у Дядюшки Ау».

В конце – «ДУБ».

Дорога вильнула в сторону, стала ровнее, а ещё через несколько минут закончилась ? машина подъехала к кованому забору с небольшой калиткой. Около калитки висел медный колокольчик с красной верёвочкой.

Мама Маши, Василиса, вышла из машины, подошла к калитке и дёрнула за верёвочку. Мелодичный звон прокатился по лесу, оповещая о прибытии гостей. Чуть скрипнув, калитка отворилась.

Василиса повернулась к машине, махнула рукой Маше и Елисею и сказала:

? Дальше пешком.

? А как же чемодан? – уточнила Маша.

? Не волнуйся. Его принесут, ? весело подмигнув дочери, ответила мама.

Взяв родителей за руки, девочка пошла вверх по тропинке.

Тропинка была узкой, поворачивала то вправо, то влево, а иногда, казалось, и вовсе вела обратно. Маша уже совсем было выбилась из сил, как вдруг деревья расступились, открывая широкую залитую солнцем поляну.

А на поляне, в самом её центре, стоял небольшой, очень напоминавший избушку на курьих ножках, домик на двух высоких корявых с виду подпорках, давно вросших в землю. Двери в домике не было видно.

Маша остановилась, широко открыв от удивления рот. Папа подошёл к домику-избушке, негромко прокашлялся, а потом бодрым голосом сказал:

? Избушка, избушка! Повернись к лесу задом, а ко мне передом!

И домик начал поворачиваться.