Догоните Иноходцева!

Теперь небось и карандаш держать трудно… – Дашка кивнула на заклеенные пластырем пальцы.

– Нормально, уже почти всё прошло.

Лёвка посмотрел на рисунок Березиной – ветку с осенними листьями в вазе и синий чайник. Очень даже ничего, он так не сможет.

– Лёв, да у тебя не груша – у тебя жираф! – вдруг сказал Валя.

– Сам ты жираф! – обиделся Лёва.

– Да смотри же! Вот тут надо голову пририсовать, – приятель уже влез в его рисунок своей кисточкой, – и пятен коричневых наделать. А ноги и так уже есть!

Теперь с работы и правда смотрел пятнистый жираф, только глаза у него были разные и уши получились как у кролика.

– Ты мне вообще всё испортил! – Лёвка отлепил бумагу от мольберта и взял новый лист.

– Зря ты так! – Валька забрал его рисунок и пририсовал к яблоку кривые ножки, ручки и голову.

Теперь на жирафе появился толстый наездник, готовый вот-вот скатиться вниз.

Пока приятель дорисовывал ему усы и шляпу, Лёвка успел набросать второй вариант яблока и груши, в этот раз раскрасив их аккуратнее, с меньшим количеством воды.

Довольный результатом, он ждал, пока учительница даст ему следующее задание.

– А фон? – вдруг спросила подошедшая Екатерина Матвеевна.

– Какой фон? Эту тряпочку, что ли?

– Не тряпочку, а драпировку.

– Ладно…

Лёвка закрасил остальной лист коричневым, в цвет тряпочки, то есть драпировки.

Дашка сзади хихикнула.

Лёвка обернулся.

Девочка свешивалась из-за своего мольберта так, что её золотистая коса мела по полу.

– Добавь в тени синего, – подсказала Березина.

– Куда?

– В грушу.

– Ты что? Она же жёлтая!

– А в тени – с синим и коричневым!

– Ты дальтоник! Она вся жёлтая! Вот если бы я тебе на математике так подсказывал, у тебя дважды два восемнадцать было бы!

Лёвка для убедительности достал телефон, щёлкнул грушу встроенной фотокамерой и показал Дашке:

– Видишь? Техника не врёт, в отличие от некоторых! Груша – жёлтая!

– А ты увеличь!

– Ну, увеличил. Ещё больше жёлтая.

Тогда она выхватила у него из рук мобильник и увеличила изображение так, что стали видны отдельные пиксели.

Оказалось, что все они разного цвета, причём жёлтые чуть ли не в меньшинстве, особенно в тени! Это был нокаут!

Подошла Екатерина Матвеевна, посмотрела на Лёвкин рисунок и отметила, что для первого раза весьма неплохо. Потом прикрепила на мольберт другой лист.

– Давай-ка ещё раз попробуем, – сказала она, – только теперь не будем спешить.