Доктор Проктор и великое ограбление

– Всего один золотой слиток? – повторила Лисе и вскинула бровь. – И это весь золотой запас Норвегии?

– С течением времени он немножко сократился, – сказал Тор.

– Вот это да-а-а, – протянул доктор Проктор. – И куда девалось остальное золото?

Тор пожал плечами:

– Все дело в сладостях.

– Из золота делали сладости? – поразился Булле.

– Нет, зубные пломбы, – ответил Тор. – После войны норвежцы стали есть так много сладостей, что к семидесятым годам не осталось золота для зубов.

Присутствующие отрицательно покачали головой. И только король кивнул и ухватился за подбородок.

– Это было кошмарное время, – сказал Тор. – По всей стране, от мыса Нордкап до мыса Линнеснес, раздавались аханье, стоны и крики боли. Стортингу пришлось принять закон о финансировании гигиены зубов. И с этого времени зубные врачи стали понемногу проедать золотой запас Банка Норвегии.

– Значит, теперь все золото находится во рту у норвежцев, которые поглощают сладости и не чистят зубы? – спросила Лисе и с суровым видом сложила руки на груди. – Безобразие!

– Ага, – сказал Булле, сунул указательные пальцы в рот и растянул его так, что казалось, верхняя половина головы вот-вот отвалится. – Посмотрите-ка сюда…

И верно, там тускло блеснуло нечищеное золото.

– Но если вы уже знаете, что в краже виновны братья Хруст, почему их не арестовали? – спросил Проктор.

– Причин много, – ответил директор банка Тор. – Прежде всего, у нас нет никаких доказательств, кроме авиабилетов.

– Но должны же они где-то спрятать золото, – сказала Лисе. – Надо обыскать гаражи, подвалы и…

– Чердаки! – выкрикнул Булле. – Бразильское золото на чердаке! Как изящно!

Директор банка покачал головой:

– Братья Хруст давно отдали золото своему заказчику. Я сильно сомневаюсь, что у братьев Хруст хватит сообразительности, чтобы организовать столь хитроумные грабежи по собственной инициативе.

– А полиция может арестовать братьев Хруст и выведать у них, кому они отдали золото? – спросила Лисе.

Директор банка вздохнул:

– Ах, если бы все было так легко, Лисе. Они твердые, как кремень, и не проболтаются, даже если их пытать. Я не хочу сказать, что их надо пытать…

– Надо! – закричал Булле и запрыгал.