Доктор Проктор и его машина времени

Час спустя они вышли из автобуса и ступили в огромный терминал, где сновало видимо-невидимо людей. Встали в очередь у касс компании «Эр Франс». Пока они стояли, Лисе показалось, что среди голосов людей, топота туфель и объявлений по радио она услышала знакомый звук. А именно жалобный скрип несмазанного колеса. Она быстро обернулась, но увидела только незнакомые лица спешащих путешественников. Тогда девочка принюхалась, не чувствуется ли среди множества ароматов запаха сырого мяса и грязных носков.

Но нет, ничего такого. «Должно быть, это скрипели колесики чьей-то хозяйственной сумки», – подумала Лисе. И тут же чей-то жесткий палец вонзился ей в спину. Она резко обернулась. Это был Булле.

– Восстань из мертвых, сейчас наш черед, – сказал он.

Они подошли к невероятно красивой даме с невероятно загорелым лицом и невероятно белыми волосами.

– Чем я могу тебе помочь, дружок? – спросила она.

– Два билета в Париж, пожалуйста, – сказала Лисе.

– Тебе и еще кому?

Из-под стойки прозвучал раздраженный ответ:

– Мне, конечно!

Дама поднялась, посмотрела за стойку.

– Вот как. С вас три тысячи пятьсот крон.

Лисе положила на стойку деньги. Дама пересчитала двадцать сотенных купюр, но потом остановилась и подняла бровь, когда увидела две тысячекроновые купюры.

– Это что, шутка? – спросила она.

– Шутка? – не поняла Лисе.

– Ну да. Эти купюры недействительны. Они выпущены в… – Она присмотрелась. – В тысяча девятьсот пятом году.

Они давным-давно вышли из обращения. У вас есть купюры нашего времени?

Лисе покачала головой.

– Я очень сожалею, но тут хватает только на один билет до Парижа.

– Но… – в отчаянии начала Лисе. – Но…

– Вот и прекрасно, – раздался голос из-под стойки. – Дайте нам один билет.

Лисе посмотрела вниз, на Булле. Он кивнул.

Когда она опять подняла голову, дама уже протягивала ей готовый билет.

– Счастливого пути в Париж! Я надеюсь, тебя там встретят взрослые.

– Я тоже, – тихо вздохнула Лисе и посмотрела на билет и на старые тысячекроновые бумажки Распы. – Что нам теперь делать? – спросила она в отчаянии, когда они стали приближаться к контролю безопасности.

– Спокойно, – сказал Булле. – У меня есть одна мыслишка.

– Мыслишка? Какая?

– Та, что ты поедешь одна, – сказал Булле.

Лисе в ужасе посмотрела на него.

– Од-дна?

Надо же, она тоже стала заикаться.