Моя обитель

Договор, заключенный когда-то между двумя народами севера, до сих пор был нерушим.

Эвелин окинула агров дерзким взглядом, демонстративно сняла свой меч и положила возле себя на скамью. Нахально приподняла одну бровь, скривила губы в презрительной ухмылке. Великаны дружно оскалились в чем-то, что считалось улыбкой, и подняли в знак приветствия кружки с брагой.

Остальные посетители таверны не стоили её внимания, поэтому Эвелин сочла обмен любезностями завершенным и отвернулась, стала бездумно рассматривать свой стол.

Алкоголь принесли почти сразу. Чистота стакана приятно удивила воительницу. Липковатый от жира стол, за которым она сидела, не позволял надеяться на чудо, но оно свершилось.

– Хвала Создателю! – саркастически сказала Эвелин ни к кому не обращаясь, из груди вырвался смешок. – Чистая посуда – верный знак, что череда дерьма в моей жизни подходит к концу.

Она щедро налила в стакан принесенной янтарной жидкости и сделала несколько глотков, морщась от раздирающей горло крепкости алкоголя.

С грохотом поставила стакан на стол и шумно выдохнула. Эвелин не успела осушить второй стакан, как принесли еду. Женщина покрутила тарелку, рассматривая содержимое. Характерный запах подгоревшего лука, что источало рагу, не добавлял аппетита, а когда она увидела оброненный поваром волос, то сразу почувствовала себя сытой. Желание надеть эту тарелку на голову того, кто готовил, воительница залила новой порцией обжигающей внутренности жидкости.

– Намек поняла, Создатель! – она пьяно хихикнула, посматривая на тарелку.

 – Везение ограничилось только чистым стаканом! На большее рассчитывать не стоит!

Ещё глоток. Должно было стать легче. Но почему только хуже? Почему её горло першит, даже когда она отставляет стакан? Почему слова, сказанные Рокфорсом, а потом Кассией, прокручиваются у неё в голове, вызывая глупое желание разреветься? Что за ерунда? Она – кайми! Воительница! Плакать? Ей?

Эвелин тряхнула головой и налила новую порцию, залпом осушила.

– Эвелин, мне кажется, вы достаточно выпили.

Она перевела взгляд на говорившего. Напротив неё за её столиком сидел отец Джеймс и внимательно смотрел, изучая. Эвелин мысленно ругнулась. Как она могла не заметить, что он подошел? И тем более сел? Она… пьяна? Или заснула?

– Что-то не припомню, чтобы я вас приглашала к себе за стол, – грубо отрезала она.

– У вас что-то случилось? Может, я могу чем-то помочь?

Его голос, полный искреннего участия, вызвал у неё смех.