Черный Корсар. Королева Карибов. Иоланда, дочь Черного Корсара

Увидев залитую кровью палубу, убитых и раненых, сломанное оружие и пушечные ядра, девушка отшатнулась, отступив назад, словно собираясь вернуться в кают-компанию, но, бросив взгляд на Черного Корсара, остановившегося в двух шагах от нее, она нахмурила брови и сурово спросила:

– Что произошло здесь, сеньор?

– Нетрудно догадаться, сеньорита, – ответил Корсар с поклоном. – Ужасное сражение, в котором испанцам не повезло.

– А вы кто такой?

Бросив в сторону шпагу, которую он не успел вложить в ножны, Корсар галантно приподнял широкополую шляпу с пером и любезно представился:

– Заморский дворянин, сеньорита.

– Это мало о чем говорит, – сказала девушка, несколько смягченная любезностью Корсара.

– Тогда добавлю, что меня зовут Эмилио ди Рокканера и я – владелец Вальпенты и Вентимильи, но здесь ношу совсем другое имя.

– Какое же, кабальеро?

– Меня зовут Черный Корсар.

Лицо незнакомки исказилось ужасом, румянец мгновенно схлынул со щек, ставших бледными, как алебастр.

– Черный Корсар… – прошептала она, глядя на него в растерянности. – Ужасный корсар с Тортуги, заклятый враг испанцев…

…Вдруг дверь кают-компании распахнулась и появилась юная красавица…

– Ошибаетесь, сеньорита. С испанцами я воюю, но у меня нет причин ненавидеть их, и вы только что видели доказательство этому – я отпустил на волю оставшихся в живых защитников вашего судна. Взгляните туда, где море сливается с небом.

Видите точку, которая кажется затерянной в бесконечном пространстве? Это баркас, на котором плывут к берегу восемнадцать испанских моряков, хотя по военным законам я мог бы их убить или лишить свободы.

– Значит, мне лгали, когда говорили, что нет никого ужаснее вас на Тортуге?

– Да, лгали, – ответил флибустьер.

– А как вы поступите со мной, кабальеро?

– Разрешите, прежде чем я отвечу, задать вам один вопрос.

– Спрашивайте, сеньор.

– Кто вы такая?

– Фламандка.

– Как мне сказали – герцогиня.

– Да, кабальеро, – ответила она, опустив голову, словно не хотела, чтобы Корсар знал о ее высоком положении в обществе.

– Не можете ли вы назвать свое имя?

– Это необходимо?

– Мне надо знать, кто вы такая, если вы хотите обрести вновь свободу.

– Свободу!.. Ах да!.. Ведь я совсем забыла, что теперь я ваша пленница.

– Не моя, сеньорита, а всех флибустьеров.