Капитан Темпеста (сборник)

– Дай мне, пожалуйста, свои пистолеты и ятаган, Эль-Кадур, – попросил лейтенант. – Моя сабля не может больше служить мне.

Араб молча отдал ему свое оружие и вдобавок накинул ему на плечи свой бурнус, чтобы молодой венецианец мог сойти за мусульманина.

– Прощайте, синьора, – с низким поклоном проговорил Перпиньяно, обернувшись к герцогине. – Если я не вернусь до утра, то это будет означать, что турки убили и меня.

– Бог даст, вернетесь благополучно, да еще и втроем, – сказала молодая девушка, дружески протягивая ему руку.

Немного спустя лейтенант находился уже вне подземелья. Было немного за полночь. В городе стояла тишина, нарушаемая лишь ожесточенным лаем голодных собак, дравшихся из-за своей ужасной добычи – человеческих трупов.

Лейтенант осторожно свернул в маленький узкий переулок, с обеих сторон окаймленный развалинами старых домов, в которых раньше ютилась беднота. Он прошел было уже до половины этот переулок, когда вдруг перед ним появилась фигура высокого человека, облаченного в красивый и богатый костюм капитана янычар.

– А, синьор Эль-Кадур! – насмешливым голосом произнес это человек на плохом итальянском языке. – Откуда это шествуешь, куда и зачем?.. Вот неожиданная и приятная встреча! Хотя и темно, а мои старые глаза все-таки сразу узнали тебя.

– А кто вы? – спросил Перпиньяно, выхватив из бурнуса ятаган и становясь в оборонительную позу.

– Ха-Ха-Ха!.. Ты что ж это, никак хочешь пырнуть старого знакомого? Еще не отрешился от своей первобытной дикости? – продолжал тот же насмешливый голос.

– Вы, очевидно, принимаете меня за кого-то другого, может быть, за араба, судя по моему бурнусу? – сказал лейтенант. – Но я вовсе не араб, а египтянин.

– Египтянин? Гм! Значит, и вы, синьор Перпиньяно, отреклись от веры своих отцов ради сохранения шкуры?.. Это очень приятно для меня. Теперь христиане уж хоть не одного меня будут ругать ренегатом… Вообще я очень доволен этой встречей… Сначала я действительно принял было вас за Эль-Кадура, но ваш голос и язык сразу выдали вас… Не желаете ли возобновить нашу игру в «зара»? Я бы не прочь, только, конечно не здесь.

– Ба, да это капитан Лащинский! – вскричал Перпиньяно, с трудом придя в себя от изумления.

– Нет, Лащинский умер, а на его месте находится Юсуф Гаммада, – отвечал поляк, которого тоже нетрудно было узнать по его голосу и способу выражения.

– Ну, Лащинский или Гаммада – все равно вы ренегат, а я кем был, тем и остался.