Капитан Темпеста (сборник)

На подобного рода… увертки я не способен, – презрительно сказал венецианец.

Поляк хотел было обидеться, но, очевидно, одумался, сухо рассмеялся и процедил сквозь зубы:

– Эх, мой друг, чего ни сделаешь, когда на носу смерть и нет охоты даться ей в лапы! А куда это вы так осторожно пробирались, когда я имел удовольствие вас встретить?

– Да никуда, собственно, – возразил смущенный этими расспросами венецианец. – Мне просто захотелось подышать ночным воздухом и, кстати, полюбоваться «живописными» развалинами Фамагусты.

– Шутить изволите, синьор Перпиньяно!

– Может быть…

– Любоваться на развалины города, кишмя кишащего турками, только и мечтающими о том, как бы позабавиться убийством хоть одного еще христианина?! Ищите других дураков, которые бы этому поверили… Знаете что, лейтенант? Со мной лучше всего вести игру в открытую и не скрываться от меня. Вообще вы можете смотреть на меня по-прежнему, как на своего. Сердце мое еще не успело пропитаться мусульманством. И Магомет для меня пока ровно ничего не представляет, кроме хитрого честолюбца и обманщика, а на его пресловутый Коран я смотрю, как на сборник сумасшедших бредней.

– Вы бы говорили потише, капитан: вас могут услышать…

– Кто? Кроме нас с вами, здесь нет ни одной живой души… Ну, да ладно, оставим эту тему. Скажите мне лучше, что сталось с капитаном Темпеста?

– Не знаю. Думаю, что убит на одном из бастионов.

– Разве вы были не вместе?

– Нет, мы были с ним разлучены во время штурма, – лгал Перпиньяно, инстинктивно чувствуя, что нельзя доверять поляку.

– Да? Гм!.. А интересно бы знать, что делает около той вон башни Мулей-Эль-Кадель?.. Я видел его давеча вместе с Эль-Кадуром… Впрочем, может быть, это были вы же, а вовсе не араб? – с язвительным смехом продолжал Лащинский. – Будет вам хитрить со мной. Скажите откровенно: вы провожали Мулей-Эль-Каделя в его таинственной ночной экскурсии, или это действительно был араб капитана Темпеста? Нехорошо так скрываться от друзей.

– Решительно не понимаю, о чем вы меня спрашиваете, синьор Лащинский? Я не видел ни Мулей-Эль-Каделя, ни Эль-Кадура, ни капитана Темпеста, и думаю, что последних двух даже и в живых уже нет…

– Гм! А откуда же вы взяли бурнус Эль-Кадура? Или он заранее отказал вам его по завещанию? А?

– Странно! Разве не может быть двух совсем одинаковых бурнусов? Этот бурнус я приобрел еще в первые дни моего пребывания в Фамагусте у одного местного араба.