Едят ли покойники торты с клубникой?

– Давай собирайся, пока тебя кто-нибудь здесь не застукал! То-то ведомство по делам молодежи обрадуется!

Эмма так и видит перед собой заголовок: «Девочка из склепа! Ведомству по делам молодежи пришлось вмешаться!» Над текстом – фото Эммы, двое соцработников ведут ее в приют. Отогнав от себя эту картинку, она задувает свечу и выходит за отцом на улицу, где тучи заволокли небо. Этот ритуал повторяется изо дня в день. Завтра Эмма снова пойдет в склеп Гольдбергов. Хотя воспоминание о том, как к ним нагрянула соцработница, до сих пор не дает ей покоя, как старухе Майер – ревматизм.

Эмма без пререканий идет за отцом. Все равно уже пора ужинать.

У кладбищенской ограды

Эмма живет с папой в ветхом домишке, притулившемся у кладбищенской ограды с западной стороны. Домик немного покосился от ветра, штукатурка кое-где отвалилась, но крыша пока не течет.

«Это самое главное», – говорит папа.

Эмма так не считает. Главное – чтобы работало отопление. Мерзнуть никуда не годится. А если крыша прохудилась, можно подставить кастрюли или раскрыть над дыркой зонт.

Вообще папа делится житейскими мудростями по поводу и без. Эмму это иногда бесит.

«Поцелуй как знак почтенья не потерпит возраженья! – говорит он и чмокает ее в щеку. Возмутительно! Ведь ей уже двенадцать! – Постараюсь исправиться, – обещает папа, – но ты ведь знаешь: благими намерениями вымощена дорога в ад».

Да знает она все – сколько можно твердить одно и то же.

Но не это самое примечательное в Северине Блуме. И не его внушительный рост.

Ему не приходится влезать на стул, чтобы поменять лампочку под потолком. Не черные как смоль волосы, карие глаза и поразительно бледная кожа. И даже не изогнутый шрам на левой щеке. А он и правда жуткий. От могильщика исходит тяжелый запах земли, будто за много лет рытья могил она проникла во все поры его кожи. Эмма всегда знает, в какой части дома сейчас отец. Его легко отыскать по запаху. А вот на кладбище он почти невидим. В свежевскопанной земле он растворяется как дождевая капля в море.

Видимо, и другие замечают его запах. За глаза его прозвали Големом. Эмма посмотрела в словаре, что это значит. Там написано, что слово «голем» заимствовано из еврейского и означает «комок». Глиняный истукан, оживающий от заклинаний ученых иудеев. Поди разберись!

Но вообще, они мало общаются с другими людьми. Только с Эвальдом Кранцем – одним из немногих избранных. Он единственный друг могильщика и работает в службе эвакуации умерших.