Этот жестокий замысел

– Нет, не придумаешь, – возражает он. – Есть люди, готовые на все, чтобы заполучить ваши дары. Ты везде будешь пленницей. Я знаю, что на самом деле тебе не хочется убегать, иначе бы ты уже ушла. Ты понимаешь, что это самое безопасное для тебя место.

С его губ срывается тихий, горький смешок, когда она поворачивается к Лаклану. А затем девочка поднимает руку и оттягивает воротник больничной рубашки, демонстрируя красные и фиолетовые шрамы.

– Это ты называешь «безопасным»?

– Наши исследования важны, дорогая, – говорит Лаклан.

 – И, уверен, ты сама это понимаешь.

Она качает головой:

– Ты ничего обо мне не знаешь. – Ее голос дрожит, а блестящие волосы падают на лоб. – Ты меня совершенно не знаешь. Никто из вас не знает. Никто не знает меня.

– Цзюнь Бэй… – начинает Лаклан, и его голос становится строже, но она поднимает руку:

– Ты прав в одном, – говорит она. – Я не хочу убегать. Я пришла сюда сегодня потому, что хотела, чтобы ты посмотрел на это.

Ее взгляд становится стеклянным, а жгуты вновь разгораются позади нее.

Я в замешательстве смотрю, как она моргает, разрывая сеанс. Она включила ограждение, но я не понимаю, зачем она это сделала. Она же пыталась сбежать. И, скорее всего, продумала план побега и вооружилась. Нашла способ пробраться мимо охранников. Но вместо этого она сжимает руки в кулаки и поворачивается к струям света. Коул крепче сжимает меня в объятиях, и осознание обрушивается на меня, вызывая тошноту.

Она пришла сюда не для того, чтобы сбежать. Она пришла сюда умереть.

– Остановите ее! – ревет Лаклан, и стража бросается вперед.

Но и Цзюнь Бэй не стоит на месте.

Ее глаза зажмурены, волосы развеваются на ветру. Она быстрая, но маленькая, и охранники настигают ее. Руки в перчатках хватают девочку за запястья, за волосы, отрывают ее от земли.

– Отпустите! – кричит она, вырываясь из рук.

Она ударяет одного охранника по каске, другого бьет локтем в горло, только их слишком много. Один из них спотыкается и падает на ограду, и половина его тела развеивается пеплом по ветру.

Но остальные опрокидывают Цзюнь Бэй на землю и оттаскивают от синего колышущегося ограждения, пока она кричит от ярости.

– Успокойте ее! – кричит Лаклан. – Быстрее!

Охранники крепче сжимают тело девочки. Один из них достает из кармана пузырек.

И тут она внезапно перестает сопротивляться.

Взгляд становится стеклянным. Губы бесшумно двигаются, словно она кодирует, и от этого у меня на затылке волосы встают дыбом.