Этот жестокий замысел

Мы, пошатываясь, спускаемся по склону в долину, которую посередине делит ручей, и звук двигателей «Комокса» стихает. Мы передвигаемся не очень быстро, но, похоже, план Леобена сработал. Видимо, они потеряли нас из-за птиц.

Мы останавливаемся у самого подножия склона. Ручей здесь глубиной по щиколотку, но широкий, а дно усыпано камнями. Леобен втягивает воздух и всматривается в деревья. Не знаю, как ему удается удерживать нас двоих.

– Мы не можем здесь оставаться, – говорит он.

– Но они улетели.

Я смотрю на Коула.

– Нам нужно помочь Коулу.

Леобен качает головой:

– Если в «Комоксе» солдаты, они начнут прочесывать лес. Мы должны выбраться отсюда. Ты сама как?

– Я в порядке, – говорю я.

Левую ногу покалывает, и я передвигаю ее с трудом, к тому же ощущаю, как транквилизатор разносится по телу, но все еще могу бежать, если Леобен поможет мне и будет тянуть вперед. Мы с плеском пересекаем ручей, и ледяная вода обжигает нервы, возвращая ноге чувствительность.

– Куда мы идем?

– Туда, где больше птиц… – Леобен снова замирает, а затем поднимает голову и прислушивается к эху разносящегося по долине грохота.

Крики голубей становятся все пронзительней, когда вдали начинают сотрясаться деревья. Это не похоже на «Комокс», и это точно не солдаты. Глаза Леобена сужаются, а затем на его лице появляется усмешка, когда джип Коула въезжает в долину и мчится вдоль ручья.

– Черт побери, – выдыхаю я. – Ли, ты просто невероятный.

– О, я в курсе, – бормочет он. – До сих пор не верится, что они взорвали мой джип.

Машина Коула мчится по ручью, разбрызгивая воду, а затем автопилот останавливает джип рядом с нами и открывает задние двери. Леобен затаскивает Коула внутрь и, потянувшись ко мне, хватает за плечи, чтобы посадить на заднее сиденье. Там чище, чем в джипе Леобена, – вся одежда разложена по пакетам и нет залежей мусора, но все равно тесно из-за наших рюкзаков, одеял и нескольких коробок с документами, которые мы вытащили из лаборатории.

– В аптечке есть антидот для транквилизатора, который должен подействовать мгновенно, – говорит Леобен.

А затем хватает Коула за плечи и переворачивает так, чтобы тот лежал на боку.

– Они не отправятся за нами? – спрашиваю я, пока тянусь через Коула, чтобы достать рюкзак.

Покалывание в левой ноге превратилось в онемение, расползающееся по спине.