Разорванные цепи

Он приблизился вплотную:

– Перестань понапрасну лить слезы. Посмотри на меня, пожалуйста, – она подняла голову и посмотрела на него потухшим взглядом.

– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Не беспокойся. Я на тебе женюсь.

Эсмира заметила, как забегали его глаза, брови почти сошлись на переносице, а лоб покрыли морщины.

– Это правда? —наивная Эсмира, с улыбкой на

обеспокоенном лице посмотрела ему в глаза.

Он слегка улыбнулся:

– Да, я женюсь на тебе, но после того, как закончу университет.

Поговорив с ним еще немного, она вышла из его квартиры и направилась к станции метро. По дороге Эсмира увидела телефонную будку. Стоя напротив нее и глядя по сторонам, девушка думала об ошибке, которую совершила. «Если бы я только отказалась от предложения пойти к нему домой, то ничего бы этого не случилось». Тревога охватила девушку при мысли о Садагет. Она не знала, как объяснить матери свое отсутствие. Наконец, она решила сказать, что ночевала у Сабины.

Эсмира зашла в телефонную будку и набрала номер телефона подруги. Сабина подняла трубку.

– Привет, Сабина.

– Привет! Так давно не слышала тебя, – ответила Сабина.

– Ты не могла бы кое-что сделать для меня?

Сабина не торопилась с ответом.

– Что именно?

– Если моя мама позвонит тебе, просто скажи ей, что я ночевала у тебя.

– Но где же ты провела ночь? – все внимание Сабины обратилось на подругу.

Эсмира оглянулась по сторонам и попыталась говорить как можно тише:

– Вокруг меня очень много людей.

Поэтому я не могу говорить громко. Я обещаю позвонить тебе позже, но сейчас, пожалуйста, сделай так, как я прошу.

– Не беспокойся. Я скажу ей то, что ты просишь.

Эсмира почувствовала, как тяжелый груз свалился с ее плеч.

– Спасибо тебе большое. Поговорим позже.

Явно повеселев и испытав некоторое облегчение, Эсмира повесила трубку.

Она вышла на станции Нариманова и села на 266-й автобус, который остановился прямо рядом с ее домом.

Подходя к дому, она почувствовала, как быстро бьется сердце, снег падал прямо за шиворот ее белого пальто. Медленно она поднялась на третий этаж, ощущая возрастающую тяжесть в груди и дрожь во всем теле. «Сейчас мне придется несладко. О Боже, помоги мне!»

На мгновение она остановилась перед дверью и затем постучала. Она чувствовала, как бешено, колотилось ее сердце. Садагет открыла дверь, не сказав ни слова.