За воротами радуги

 – Не понимаю, почему вы, гусеницы, так стремитесь стать бабочками? Жизнь крылатого существа так коротка, так полна опасностей!

– Ну, что касается меня, то я вовсе не стремлюсь стать бабочкой, – призналась Старшая Гусеница. – Мне и так хорошо живется. Я сыта, ухожена, уважаема. Все потому, что я – хранительница волшебных слов, с помощью которых гусеницы превращаются в бабочек.

Глупая гусеница даже не заметила, что выболтала важную государственную тайну.

– Всего лишь хранительница? – воскликнул Червяк. – Я был уверен, что такая умная, такая образованная, такая красивая гусеница – царица бабочек! Кто заботится о своих подданных? Кто обучает их? Кто больше достоин короны царицы, как не Вы, несравненная!

– В самом деле, – задумчиво промолвила Старшая Гусеница.

 – Я достойна всю жизнь провести в почете и удовольствиях. Я не стану превращаться в бабочку. Мало того, я не позволю этого сделать и другим гусеницам! Я никому никогда не скажу волшебные слова.

Как ни тихо говорила гусеница, Дождевой Червяк Сто Пятнадцатый ее отлично услышал.

– Мудрое решение! – воскликнул он, просто сияя от радости. – Я помогу Вам устроить в царстве гусениц такие же порядки, как у нас, в подземном королевстве. Мы будем ходить друг к другу в гости и, возможно…

Хитрый Червяк бросил на гостью такой многозначительный взгляд, что у той сердце затрепетало от радости. Ах, она явно нравилась этому важному кавалеру! Возможно, он посватается к ней. Ну, зачем ей крылья, если познать любовь можно и, ползая по земле? Глупая, она даже не догадывалась, что Дождевой Червяк Сто Пятнадцатый давным-давно женат и является главой многочисленного семейства.

Вернувшись домой, Старшая Гусеница велела собрать всех гусениц луга. Окружив себя самыми прожорливыми и ленивыми, она произнесла речь:

– Любезные подданные! Я, Старшая Гусеница, провозглашаю себя вашей царицей. Отныне извольте называть меня – Ваше величество!

– Но в царстве бабочек уже есть царица, – возразил кто-то из задних рядов.

– Мне нет до нее дела, – надменно отвечала гусеница.

 – Пусть она останется, весьма недолго, царицей бабочек. У нас теперь новое царство – царство гусениц, а я – царица в нем.

– Недолго же тебе царствовать! – не сдавался тот же молодой голос. – Тебе уже пора стать куколкой. Да и все мы не сегодня – завтра улетим из царства гусениц.

– Как бы не так! – расхохоталась Старшая Гусеница. – Волшебные слова знаю только я. Но я не намерена произносить их, чтобы обрести крылья.