Цена на материнство

Чтобы Алина согласилась там работать? Может, и правда у нее полный швах с деньгами? Или она просто не в курсе, на что подписалась? И куда тогда смотрит Витя?

– Ну, там теперь уже все иначе, – ответил Кобылкин на мои немые сомнения. – Культур-мультур. Танцы, диджеи. Братков уже нет особо, пасется в основном молодежь. А нам как раз гоу-гоущица нужна публику разогревать. Может, Алинка со своими балетными фокусами чего и изобразит.

– Лебедева – в гоу-гоу? – Мамаев заржал. – Ты ее видел вообще? Ни сисек, ни задницы.

Кого она там зажжет?

– Да ладно тебе! – поморщился Петя. Видно было, что он в глубине души с Мамаевым солидарен, но девчонку ему жалко. – Зато, может, гибкая…

Я отхлебнул коньяка, чтобы не наговорить лишнего. По-хорошему, врезать бы обоим, но тогда будет очевидно, что Алина мне не безразлична, а я не собирался наступать на те же грабли.

– Толку, что гибкая, если фригидная на всю голову! – не унимался Мамаев.

– С чего вдруг? – спросил я, прищурившись. – Ты что, тоже к ней подкатывал?

– Больно надо! У меня жена огонь, двое детей… Куда мне девочку-целочку?

– Слушай, хорош, а? – нахмурился Кобылкин.

 – Как баба сплетничаешь, честное слово! Мне ее на стойку надо, а не клиентов обрабатывать.

– Погоди, погоди, – я поднял руку. – Что значит «целочку»?

– А то и значит! – Мамаев, судя по всему, уже изрядно налакался, поэтому в откровенности дал бы фору любой обесчещенной малолетке из скандального ток-шоу. – Мне Витька как-то сказал… Год назад, кажется, или около того… Ну да, Пал Ефимыча тогда еще не приняли… В общем, выдал, что они с Алиной не торопятся.

Типа до свадьбы решили подождать, прикинь? – Мамаев расхохотался. – За столько лет девку не откупорить! Или она фригидна, или он импотент. Или она ему голову морочит… Вот на хрена, спрашивается, Витьке такое счастье? Говорят, после двадцати лет там уже не пленка, а брезент. Фиг порвешь, короче. А теперь еще и свадьбу отложили… Вот Витька намучается в тридцатник!

Как будто издалека до меня донесся хруст и звон осколков.

Я с удивлением посмотрел на собственную руку и обнаружил, что бокал в моей руке, разбился, и теперь кровь темной струйкой капала на асфальт.

– Эй, ну ты чего? – спохватился Кобылкин. – Стекло, конечно, сейчас делают дерьмовое… Иди, промой и спроси у Ксюши. Она медсестра теперь, может, у нее бинты при себе…

– Ты дурак, что ли? – Мамаев фыркнул. – Раз медсестра, значит, бинты таскает? А я, если повар, все время должен носить ножи и половник?..