Загадка газетного объявления

– Так отметку-то в четверти ведь по среднему баллу выводят, – сказал Темыч.

– Вот именно, – не ободрили его слова Женьку. – Роман вызывал меня в этой четверти три раза. Первый раз я не ответил «Грозу» Островского. Второй – перепутал «Дворянское гнездо» и «Дом с мезонином».

– Ну ты даешь! – хлопнул его по плечу Марат, который в этом году крайне прилежно занимался литературой. – «Дом с мезонином» – это у Чехова. А «Дворянское гнездо» написал Тургенев.

– Подумаешь, – никогда особенно не волновали подобные мелочи Женьку.

 – И тут дворянский дом и там тоже дом. Ну, я и перепутал. Просто волновался. А Роман, когда я Лизу назвал Мисюсью, так злиться начал.

– Это я помню, – прыснула Катя. – Роман заявил, что у нашего Женечки нет никакого уважения к российской изящной словесности.

– Словесности много, а я один, – обезоруживающе улыбнулся Женька.

– Ну что с ним сделаешь, – развел руками Олег. – Третий раз-то ты тоже «пару» схватил?

– Нет, – покачал головой Женька. – В третий раз я очень удачно ответил про «Отцов и детей».

Роман мне трояк поставил.

– Нда-а, – совершил в уме нехитрый подсчет Темыч. – Если ты сегодня не напишешь сочинение, то тебе, Женька, и впрямь хана.

– А я о чем, – впал в еще большую тоску тот. – Мало того, что каникулы пропадут, так после еще сдавай Роману зачеты за всю эту четверть.

– Это уж точно, – подтвердили остальные.

Пожилой учитель литературы Роман Иванович придерживался железной дисциплины. Тем, кто получал у него двойки, приходилось пересдавать не одну тему, а все, что проходили за минувшую четверть, а иногда и за полугодие.

Поэтому перспектива у Женьки складывалась совсем нерадостная.

– Ребята, что будем делать? – с надеждой поглядел он на друзей. – Меня, главное, что волнует, – продолжал он. – У предков и так неприятности с шубой, а тут еще я…

И, не договорив, Женька схватился за голову. Тут к классу подошла математичка Светлана Сергеевна.

– Вы почему не заходите? – посмотрела она на ребят.

 – Ну-ка, быстро по местам.

Друзья повиновались. Светлана Сергеевна ревниво оберегала каждую минуту своих уроков.

Едва раздался звонок на перемену, Компания с Большой Спасской собралась возле своего любимого подоконника на лестничной площадке.

– Вот вы, наверное, просто алгеброй занимались, а я, между прочим, весь урок думал, – глядя на Школьникову, с важностью произнес Пашков.

– О чем ты думал? – подался к нему поближе Женька.