Замечательные каникулы

И теперь в генетическом банке Екатеринбурга есть и твой материал. И из него можно вырастить хоть почку, хоть руку, хоть сердце. А твой дядя стоял у истоков этой работы. Вот только непонятно, зачем он променял это важное и полезное дело на какую-то маловнятную авантюру.

– Мне стало скучно. Понимаешь, Лизанька, там уже не могло быть ничего нового. Оставалось только тупо нарабатывать материал и растить из него руки-ноги-почки-сердца-печёнки-селезёнки. А у миротворцев каждые день что-то новенькое. Да какое! Лиза, Машенька, вы даже представить себе не можете, как тут интересно работать.

Трудно до безумия, но невероятно интересно. И народ у нас замечательный. К сожалению, Фёдора Павловича уже нет в живых. Он скончался в прошлом году. Умер прямо у вреза, а его клон остался в мире гюардов, на которых напали космические агрессоры. В девяносто восемь лет слишком тяжело сражаться на такой войне. И сердце первого земного миротворца просто не выдержало.

Но созданная им команда просто замечательна.

– Хорошо, но причём тут клопы? – спросила мама.

– Опять ты про это! Лиза, ну пойми же, это не клопы вовсе, а клоны. Клоны, модифицированные в соответствии с параметрами обитателей мира Жлавт-001.

– Знаешь, Вадька, я уже была почти готова поверить во весь этот бред. Но ты перегибаешь палку. Я не биолог, но всё-таки совершенно точно знаю, что такие клоны создать невозможно. Клон кошки будет мяукать, а не кудахтать. Клону человека даже в страшных снах не стать рыбой или тараканом.

– А вот это мой самый большой секрет.

– Секрет?

– Нет, Лизка, я не так выразился. Просто это совершенно непередаваемо по нашим человеческим представлениям.

– Что ты хочешь сказать?

– Когда мы познакомились с другими мирами, мы узнали много такого, что даже не могли догадываться. Ну вот, к примеру, ангелы научили нас общаться со временем. Согласись, это воистину драгоценное знание. Минутыч и все его семнадцать разнонаправленных, но параллельных собратьев тоже миротворцы.

– Как это семнадцать параллельных и при этом разнонаправленных? – спросила мама, нахмурившись.

– Лизок, этого я и сам не знаю, – отмахнулся дядя Вадим, – этот вопрос можешь задать Ивану Дмитриевичу. Он у нас гениальный физик, а я, знаешь, обыкновенный генетик. Мне всех этих сложностей не понять. Но самое главное это то, что без помощи нашего замечательного Минутыча работать клонам было бы практически невозможно. Самый острый и опасный момент – это появление клонов в чужом мире и адаптация в нём.