Записки Ириски

Зато звучало сравнение очень впечатляюще: было в нём что-то загадочное, сильное и необычное!

Мне казалось, раз у моих ушек есть кисточки, как у загадочной рыси, то и носить их необходимо с гордостью и высочайшим достоинством. Я так и поступала – с самого детства по сей день.

Жили мы все в одной из комнат питомника, где в нашем полном распоряжении были разные мягкие домики, подушечки и множество забавных игрушек. Вот только выходить из этой комнаты никому не разрешалось.

Я росла добрым, но в то же время очень любопытным и игривым котёнком: всюду мне не терпелось сунуть свой носик и поскорее узнать, что там.

Неосвоенной оставалась только территория за дверью, которая отделяла меня от того, что пока мне было недоступно.

Поскольку моё желание узнать больше не оставляло меня, я пыталась разными способами оказаться «без спроса» за пределами нашей комнаты.

Иногда моя настойчивость вознаграждалась: воспользовавшись удачным случаем, я незаметно прошмыгивала за дверь, где на той самой «неосвоенной» территории жила ещё одна семья котиков.

У них был не такой, как наш, окрас, но он был тоже очень красивым.

Конечно же, мне хотелось познакомиться и поиграть с малышами из этой семьи. Но вот они, видимо, опасаясь нападения, не очень-то радовались моим неожиданным появлениям в их краях, предпочитая отсиживаться рядом с родителями и на всякий случай подальше от меня.

Какие они смешные – разве я буду нападать на тех, кто слабее!

Люди, обнаружив «нарушителя» на «чужой» территории, улыбались случаю и пытались меня поймать, чтобы вернуть на своё место.

Не могу сказать, будто это было для них так просто: думая, что со мной играют, я с большим удовольствием включалась в эту игру, прыгая и прячась по разным углам.

Вот тут и начинался самый настоящий переполох с погоней за мной!

На шум из нашей комнаты удивлённо выглядывали мои родители, желая посмотреть, что на этот раз приключилось за дверью.

Мама, понаблюдав за моими отчаянными прыжками, пыталась, ласково мурлыча, уговорить меня вернуться домой и не пугать своим неосторожным поведением уважаемых соседей.

Папа в таких случаях, в отличие от мамы, сразу же предупреждающе сердито и даже грозно мяукал, показывая тем самым, как он недоволен мною.

Это было непривычно и удивительно для меня, потому что на самом деле голос у папы был музыкальным, не предназначенным для упрёков в мой адрес.