Конец легенды

Его дверь – вот она, самая первая, затем идет спальня сеньоры Бланки, следом – моя. Комнату в конце коридора занимает сеньора Эстелла.

– Внизу тоже четыре спальни?

– Да. Сеньор Ксавьер с супругой живут вместе, а у их детей отдельные комнаты. Несколько лет назад было наоборот, но… малыши выросли. Четвертую спальню держали для гостей, которых не поселишь в одном крыле со слугами; с осени ее занимает сеньор Суарес.

– Стало быть, нам сюда, – брат Бартоломью подошел к первой двери и взялся за ручку. – Надеюсь, там никого нет.

– Не должно. Сеньора Бланка была на грани обморока, брат увел ее почти сразу. Остальные тоже разошлись по своим комнатам. Я покинул комнату последним.

Монах кивнул и открыл дверь. Они вошли в просторную спальню. Обстановка здесь была простой, но удобной – хозяин явно ставил комфорт выше эстетики. Андре обратил внимание, что, несмотря на открытые ставни, в комнате царил полумрак, поскольку единственное окно выходило на север.

– Рано утром здесь наверняка было совсем темно.

Чтобы что-нибудь прочесть, сеньору Рико пришлось бы спуститься в кабинет, – сказал брат Бартоломью, будто разгадав его мысли.

– Но в холле намного светлее, – возразил Андре. – Зачем идти так далеко?

– Сеньоры! Может быть, прежде чем строить теории, найдем записку?

Нервно постукивая пальцами по спинке кровати, доктор Солано стоял возле покойного хозяина. Судя по напряженной позе, смерть сеньора Рико была мучительной. Он лежал на левом боку, смяв одеяло и прижав к груди сведенные судорогой руки.

Потемневшая кожа и отечность лица явно указывали на отравление.

– Нужно обыскать его одежду, – сказал брат Бартоломью. – Возможно, нам придется перевернуть тело.

– Не хотелось бы этого делать до прихода следователя… впрочем, если мы распрямим конечности до того, как мышцы окоченеют, то облегчим работу тем, кому предстоит готовить тело к погребению, – отозвался доктор Солано.

Кивнув друг другу, они перевернули сеньора Рико на спину и выпрямили его руки и ноги. Андре не присоединился к обыску – не хотелось создавать толкотню возле тела.

Он встал у изножья постели и сосредоточился на деталях.

Одежда покойного была в беспорядке: часть пуговиц и пряжек расстегнута, чулок спущен, сорочка не заправлена – все это говорило о том, что сеньор Рико одевался не слишком тщательно и наверняка спешил.

Наблюдение было несомненно ценным, но Андре не торопился его озвучивать: наверняка доктор и брат Бартоломью пришли к тем же выводам.