Легион: Прыжок льва. Испанский поход. Смертельный удар

Что я, сармат что ли, бабам подчиняться?»

– Да ты что, Ал-лэк-сей, какой же ты сармат. Ты скиф! – услышал он удивленный возглас Уркуна.

Оказалось, что совершенно пьяный адмирал последние слова произнес вслух, немного встревожив своего сотника неожиданным заявлением. «А ведь я даже не скиф, – еще больше распалился Леха, еле сдерживаясь, чтобы не озвучить и эту мысль, – я русский, брат. Русский».

От нахлынувших мыслей ему вдруг сделалось невыносимо грустно. Он залпом выпил еще один кувшин и, выпроводив всех из юрты, заснул мертвым сном, забывшись, наконец под утро.

А проснувшись, поспешил отбыть обратно в «действующую армию». Поцеловал тихую Зарану и спящего сына, сел на коня и ускакал, бросив на последок:

– Не бойся. Я тебя не брошу.

В нем все еще бурлило, хотя главный страх прошел. Теперь он чувствовал себя намного свободнее, но все же хотел быстрее забыться в пылу схватки с врагами. Отвлечься от семейных проблем на настоящее мужское дело. А лучше войны ничего было не придумать.

Миновав Ольвию, он прибыл обратно в Тиру, которая теперь считалась главной базой скифов для предстоящего наступления на юг. Здесь теперь находились оба греческих инженера Гилисподис и Калпакидис и стоял почти весь ударный флот. Едва миновав охранение лагеря, Леха сразу явился на прием к царю, ожидая застать того в окружении амазонок и гонцов Арчоя. Тем более что у самого лагеря ему попалось несколько отрядов воительниц и кое-кто из скифов, знакомых по сражениями в землях бастарнов.

Но кровный брат застал царя в совершенном одиночестве. Совет уже закончился. Иллур, однако, пребывал в великолепном расположении духа. Он мерил шагами юрту, радостно потирая ладони и поглаживая бороду. В общем, вел себя так, словно отпали последние сомнения, и он мог приступить к давно задуманному делу. А главным делом Иллура была война.

– Я смотрю, совет прошел удачно, – заметил Леха, оказавшись в юрте и пару секунд понаблюдав за перемещениями кровного брата.

– Да, я доволен, – кивнул Иллур и наконец сел к низкому столику, на котором по обыкновению виднелись фрукты и вино, – угощайся, Ал-лэк-сей, выпей вина с дороги.

– Не откажусь, – кивнул Леха, усаживаясь рядом на ковер. Взял чашу с красным вином. Отпил глоток, посмаковав терпкий вкус. Вино было отменное.

– Ну как съездил, – вдруг спросил Иллур, словно ничего более важно сейчас не существовало, – видел сына?

– Видел, – подтвердил Леха, – весь в меня.