Игра в пазлы

Плаксивая тихоня смело подходила и выпрашивала покататься у самых хулиганистых мальчишек двора, начиная с Тольки Степнова, соседа по лестничной площадке, и заканчивая толстяком Арсеном Асхабовым с его дружками, которых в других ситуациях смертельно боялась. Арсен, в отличие от Тольки и своего же брата Ахмеда, ничего не делал «за так», и не счесть, сколько драгоценностей – вплоть до ручки с плавающим корабликом – перекочевало от меня в карманы его широких штанин. При этом он всегда ухмылялся, говорил «за цирк дёшево беру» – это о моём стиле вождения; и его дружок Муслим, и другие прихвостни – все беспощадно ржали.

А мне было всё равно. Я видела только велосипед; у меня руки тряслись от нетерпения схватиться за руль; но уж когда хваталась – держала крепко. И неизбежно настал тот день, когда я почувствовала, что железный конь укрощён. «Заработало!» – одобрительно заметил Толька (это был Толькин велик), и Валя помахала мне с балкона, и Вовка рядом с ней от изумления промолчал. А я не ехала – парила, хотя подо мной по-прежнему была не по возрасту громоздкая железяка и педали норовили ускользнуть и больно стукнуть по ногам.

Но всё это были мелочи по сравнению с ощущением полёта. Где-то внизу остались дорога, и вишнёвые деревья, и крыша родной пятиэтажки… Домой я вернулась измученная, с синяками на лодыжках, с опухшими запястьями, – счастливая!

Этот сезон начался удачно. Арсен, который и прежде по весовой категории не слишком подходил к велогонщикам, так растолстел, что вынужден был отдать свой велик младшему брату.

Ахмед был добрый мальчишка. Он давал покататься, ничего не требуя взамен, но, помимо меня, было ещё много претендентов. И всё-таки теперь я каталась чаще.

В тот день мы рулили за домом, строго по кругу каждый. Нас было семеро: кроме Ахмеда и меня, ещё Валя с Вовкой, Алка, Лёлька и Максим. Любка гулять не вышла, и уже потому мне дышалось легче. Кроме того, когда в моих руках велосипед, я чувствую себя уверенней. И вот моя очередь. Мчусь, рассекая воздух, ветер отбрасывает косы… притормозить, повернуть… ой, а что это?

Я прислонила велик к дереву и присела на корточки.

Среди пыли и снующих муравьёв лежал толстый красный кошелёк с металлической защёлкой. Видимо, при падении он раскрылся, и несколько монет в десять, пятнадцать и двадцать копеек весело блестели на солнце. Недра кошелька были набиты мелочью (в то время совсем не мелкой). Откуда он взялся? Я задрала голову – на балконах пусто.