Его Медвежество и прочие неприятности

Валерия резко обернулась, а через мгновение в комнату вошёл… медведь!

Глава 3

– Охренеть, – вежливо поздоровались Валерия.

А по-другому не скажешь. Нет других слов, и не будет. Мужик замер прямо на пороге. Не просто рослый – огромный. Вызывающе крепкий и мощный, он был больше всех, кого Валерия вообще встречала за свою жизнь, а повидала она не мало. И дело было не только в росте. Он мог бы заткнуть за пояс любого богатыря. Какая, мать ее, косая сажень в плечах?! Мелко! Тут все несколько! Широкая грудь вздымалась глубоко и спокойно, натягивая простую синюю рубаху.

Огромные руки лениво цеплялись большими пальцами за поясной ремень, оттягивая его своей тяжестью вниз. Ноги двумя столбами упирались в каменный пол. А на крутых плечах висел плащ отороченный черным мехом.

И это был не какой-нибудь заблудившийся стражник или воин. Мужчина стоял тут с видом полноправного хозяина. Сверлил тяжёлым взглядом из-под густых бровей и сжимал спрятанные в плотной бороде губы. На широких скулах играли желваки, и крупные ноздри раздувались, с шумом втягивая огромные порции воздуха.

Медведь. Темный, грубый, огромный медведь с мечом на поясе и совершенно дикой внешностью. Образ завершали отвратительно лохматые темно-русые волосы.

Мужчина ещё больше прищурился и съехал взглядом вниз, к обнаженной и торчащей от холода груди. Громадные плечи дернулись.

– Прикройся!

От мощности густого баса содрогнулись каменные стены. Под колени ударила сокрушающая тяжесть, и Валерия чуть не рухнула на пол рядом со сброшенной ночной рубашкой.

– Ох, лэрд, – пискнула очнувшаяся служанка, – Ваша жена ещё в горячке!

Все-таки она не выдержала. Ноги подломились. Если бы не зеркало рядом, вытирать бы ей соплями пол. Всхлипнув, Валерия повисла на тяжёлой раме. Холод просочился в самые кости, и ее передёрнуло в первых истеричных судорогах.

Муж! Эта прямоходящая глыба мышц и силищи – ее муж?! Вернее, не ее, а этой… Аллелии, будь она неладна! Кусая дрожащие губы, Валерия отчаянно искала в себе силы добраться до кровати.

А внутри до сих пор резонировало от глубоких перекатов иерихонской трубы вместо мужского горла.

Служанка проворно подскочила к ней, и впервые Валерия ощутила к визгливой женщине благодарность. Стараясь сильно не опираться на сухое плечо, она вскинула голову и сделала несколько шагов обратно.

Чувствуя себя совершенно больной, с дичайшей мигренью и в полном раздрае, Валерия из последних оскудевших сил заползла под одеяло.