Создана быть твоей

Быстро у альфы все: повел бровью – готова одежда, посмотрел пристальней, чем обычно – и к одежде добавили девицу.

Но дневное белье следовало сменить. Шерил не могла так – сутки в одних трусах, по крайней мере, если была альтернатива. Перерыв все, выбрала самый скромный комплект, но и он выглядел будто для съёмок в порнофильме. Белоснежное кружево ночной сорочки мягко обнимало грудь, разбегаясь по телу  морозными узорами. Трусики не уступали белизной и изяществом, а шнуровка на попе завершала образ готовой к употреблению секс куклы.

Надо будет прихватить из дома нормальное белье. Попробовать пересечься с Микки и мамой, ведь не станет же альфа держать ее на поводке целые сутки. У него работа, и всякие переговоры и, наверное, развлечения…

Тихий шорох двери отправил в нокдаун надежду, что хотя бы сегодня посещения закончены. А один косой взгляд закопал их на несколько миль под землю.

– Мистер… Дарквуд? – пискнула, непроизвольно отступая.

На пороге комнаты стоял альфа.

***

Девчонка куталась в безразмерное покрывало,  сгребая руками длинные хвосты.

Марк видел покатое плечико, выступавшее из мягких складок ткани, и росчерк тонкой лямки ночнушки. Неловко переступив с ноги на ногу, Шерил попятилась, едва ли представляя, что только дразнит своими попытками избежать его компании. Из-под покрывала показалась по-детски узкая ступня и тоненькая щиколотка. И злость, глодавшая нутро огненными зубами, вспыхнула, оборачиваясь похотью.

– Сюда.

Малышка вздрогнула. Попыталась оглянуться, но тут же послушно сделала шаг навстречу.

Не может справиться с собой. Старается держать лицо, расправляет плечи, а сама – как тонкая струна, звенящая от простого взгляда. Искренность ее эмоций подкупала – этим и привлекла к себе внимание. И он возьмёт их все, пока в чистеньком сердечке не проклюнулись колючие ростки алчности и расчета.

Шерил приближалась медленно. Дикий зверёк, ещё не осознавший, насколько крепко может затянуться ошейник, в который она добровольно сунула голову.

Тяжёлое давление в районе сердца совершенно исчезло, и в голове перестали стучать крохотные молоточки.

Чертовски хороший день и, в особенности, вечер перечеркнули звонок отца.

– Надеюсь, ты не забыл о вечере, посвященном миссис Тампильтон?

Забыл ли он о дне рожденье этой старой суки, которая настойчиво пихала свою драгоценную дочурку к нему в постель? Рад бы, да не мог. Для этого Хлоя и притащилась в офис – намекнуть о торжестве для «обожаемой» родительницы.