Как Кощей смерти искал

– Гюнтер, вы бы поаккуратней с библиотечным инвентарем, – раздался бесстрастный женский голос, – останутся царапины, оштрафую.

– Я не специально, – виновато проговорил Гюнтер, – задумался.

– Что читать будете?

– Краткий этимологический словарь имен.

– Какой том?

– Все. Мне Кощей велел до утра выучить их все наизусть, иначе грозил распылить на атомы. А это так неприятно. Особенно потом, когда он тебя обратно спыляет. Потом целый месяц ощущение, будто с похмелья.

– Да, приятного, конечно, мало, – в голосе Библиотеки действительно звучало некое подобие сочувствия.

С одной из полок, находившейся где-то под самым сводом, взлетели триста томов и, раскрывшись, спикировали на стол. Приземлившись, они выстроились четко по номерам, а самый первый с глухим ударом хлопнулся перед Гюнтером и распахнулся на первой странице.

«Итак, буква «А», – сказал сам себе ворон и погрузился в чтение.

Когда время подошло к полуночи Гюнтер, проштудировавший первые десять томов, понял, что шансов у него никаких.

– А пошло оно все к черту! – устало проговорил он и собрался взлететь, когда услышал голос.

– Звать изволили?

В углу зала появился довольно крупный Черт, окруженный алой дымкой.

– Хотите, чтобы я энциклопедию забрал? – полюбопытствовал он.

– Я тебе заберу! – с металлом в голосе отчеканила Библиотека.

– Тебя только не хватало, – печально произнес Гюнтер, – катись, откуда пришел.

– Как скажете, – равнодушно произнес Черт.

– Кстати, а чего это ты красным светишься? – удивленно спросил ворон.

– Да я только со смены, из кочегарки для грешников, все не остыну никак. Дурацкое, я вам скажу, занятие. Только уголь впустую переводим. Грешники уж давно к жару привыкли. Многие вконец обнаглели, приходят к чанам с кипящей смолой с банными вениками. Некоторые вообще требуют воды плеснуть, чтобы попариться. Ладно, пойду, пожалуй, в ваше озеро нырну. Там вода ледяная, – мечтательно проговорил Черт и с хлопком и искрами растворился в воздухе.

– Надо срочно выпить, – сказал самому себе Гюнтер и, спрыгнув со стола, на бреющем полете отправился в обеденный зал.

//////////////////////////

Марья и Баба-Яга сидели в горнице за столом и неспешно пили чай с пряниками, вареньем, сушками и другими неотъемлемыми атрибутами русского чаепития.

– Ну, что молвишь, девица? – спросила, закончив свой рассказ, колдунья.

– Ситуация скверная, Елизавета Георгиевна. Я бы сказала, патовая.