Когда с тобой Бакоша

– Курлы-курлы, – гортанно воскликнул Волшебный Кот.

Дверцы кареты распахнулись. Оттуда вылетели два больших Орла. Они подлетели к Рану-Рану, подхватили его на свои крылья и отнесли в карету.

– Чабатай, удокано! – сказал Волшебный Кот оленям, что на оленьем языке означает «Прощайте, друзья!»

– Чабатай, чабатай! – зашумели олени. – Но кто ты, о незнакомец?

– Я – Волшебный Кот, – ответствовал им он. – Меня зовут Баюн Котофеевич.

…Карета мчалась всё быстрее и быстрее, вскоре кончилась тундра и пошла тайга.

Звери выбегали из кустов и удивлённо смотрели на диковинный экипаж. Медведь-шатун, за лето не накопивший достаточно жира и потому не впавший в спячку, поднял вверх лапу и закричал:

– Это кто же едет? Это кто в карете?

Рану-Рану хотел было ответить любопытному Медведю, но экипаж быстро промчался мимо.

Потом на дорогу выскочила Рысь, однако, увидев лихо заломленную шляпу Бако, снова бросилась в кусты и только шипела оттуда по-змеиному да сверкала огнём зелёных глаз.

Над каретой некоторое время кружилась Сорока-Болтунья.

Она всё пыталась заглянуть внутрь, но ей так и не удалось хоть что-нибудь разглядеть. Потеряв терпение, Болтунья полетела прочь, громко крича всем зверям и птицам:

– Кар-рета сама собой бегит! На ней кот в сапогах сидит!

Но вскоре сбилась, всё перепутала и, пролетев ещё немного, кричала уже совсем по-другому:

– Кот сам собой бегит! На нём кар-рета в сапогах сидит!

Понятно, что звери, слушая такую абракадабру, только смеялись и показывали лапами на глупую Сороку.

Правда, не обошлось и без приключений. Две лисицы так громко хохотали, что у них заболели животы, поэтому их срочно отправили в таёжную больницу, где им тут же дали успокоительной касторки.

Наконец, карета доехала до тех мест, где снег кончился и начался прекрасный зелёный смешанный лес. Тут под каретой исчезли полозья, а вместо них появились удобные пружинящие колёса.

Экипаж покатил далее и вскоре прибыл в Волшебный Лес.

Рану-Рану вынесли из кареты на своих могучих крыльях Орлы.

Вынесли и поставили на шёлковую траву, покрытую сверкающими хрустальными капельками росы. Олень с удивлением поворачивал голову в разные стороны, рассматривая пышно-зелёное царство. Рождённый в Заполярье, где нет никаких лесов, где лето устанавливается только на два месяца в году, где все его соплеменники питались – и в тёплое, и в холодное время года – ягелем, он даже не представлял, что на земле может быть такой зелёный океан высоких и могучих деревьев.