Комариные рассказы

Может быть, именно поэтому он обходил каждый ее уголок, прощаясь на лето – и так радовался ее возвращению, хотя и любил дачу.

Драка

Васька однажды подрался. Мама сказала, что за девочку, Никита – что за футбол, а папа – что за правду. На самом деле вот как все было:

В школе Васька старался дружить со всеми, и все тоже дружили с ним. Не считая Никиты, его лучшего друга, у него была еще куча приятелей, однако девочек он обходил стороной. Девчонки казались ему глупыми: они постоянно хихикали, когда он на них смотрел, показывали пальцем и о чем-то шептались.

Как бы то ни было, во всем остальном девчонки были ужасно глупыми. А еще слабыми: они совсем не хотели бегать, подтягиваться и прыгать в длину, и каждый раз устраивали представления на физкультуре. Васька же любил бегать – особенно стометровки, когда стартуешь, разгоняешься и до самого забора летишь стрелой, так еще и выиграть кого-то можно.

Особенно здорово на физкультуре было весной – когда больше не нужно было томиться в душном зале, не нужно надевать на улицу свитер, и наконец-то начинались пробежки по стадиону. Разумеется, радовались этому только мальчишки. У девчонок в Васькином классе тут же обнаружилась масса причин не ходить на улицу, и они даже пытались упросить учителя оставить их внутри.

Васька тогда ужасно разозлился: он так долго ждал, когда зал сменится на стадион, а они пытались ему помешать. Поэтому он тоже подошел к учителю и вступил в перепалку с одной девочкой – Олей.

Олька была самой противной из девчонок – с жидкими белыми косичками, носом картошкой с веснушками и противнючим тонким голоском.

– Денис Петрович, на улице еще даже снег не сошел, давайте в зале останемся, – канючила Олька.

– Какой снег? Ты где снег видела? – напустился на нее Васька. – Там уже все зеленое, и вообще плюс двадцать!

– Как же плюс двадцать, если с утра было пять? – противно проговорила Олька, поворачиваясь к нему. – И вообще, Вася, какая тебе разница, где мяч гонять – в зале или на улице!

– Как же, есть разница! Там свежо, приятно, а тут зал спрошная пытка, – тут же отозвался Васька, еще больше свирепея.