От желания уйти до желания остаться

Георгий набросился на Ванессу, твердо намереваясь разорвать ее на части; его руки больно сжали упругие бедра, затем грудь, горячий живот, пока язык дирижировал у нее во рту, искусанный и измученный ожиданием. Книги и подсвечники полетели на пол, туша на лету свои языки пламени.

– Как же долго я мечтал об этом! – твердил он в бреду, глиссируя губами по всему ароматному телу.

Стоны Ванессы отдавались в его голове ударными гаммами старого инструмента и разжигали новый огонь вдохновения в его серых глазах.

Глава 9

За несколько секунд адреналин в крови художницы подскочил к отметке «Max». Георгий подбирал слова, пока возможности уничтожить его одна за другой проносились мимо. Она не решалась.

– Я хочу объяснить, почему ты здесь, Анна.

Он положил указательный палец между губой и носом и вновь смолк.

Какого чёрта ты пялишься на меня? Чокнутый. Все, сейчас… Нет! Не могу!

– Я тебя слушаю, Георгий. – не выдержала Анна, ненавидя себя за нерешительность. – Как ты собираешься объяснить то, что сначала бессовестно втерся ко мне в доверие, а потом…

На глазах Анны вновь навернулись слёзы.

Она не могла. Не могла этого сделать.

– А потом предал меня!

– Не предавал. – пресно возразил он.

Анна зажмурилась, пытаясь подавить эмоциональный всплеск. Линии на ее лбу изогнулись барханами в пустыне, а нос мгновенно переполнился липкой влагой. Георгий был холоден и тверд, как могильная плита, и давить на его жалость казалось столь же бессмысленным, как пытаться отгрызть собственный локоть.

Этому человеку была чужда жалость.

– Я помню, как ты первый раз взяла меня за руку. А ты, помнишь? – спросил он, прикоснувшись к запястью Анны.

Девушка мгновенно одернула свою руку. Настало время всадить в его горло лезвия.

– А я помню. – продолжил он, поглядывая на неподвижную руку за спиной Анны. – Нет, это было не тогда, когда ты помогала мне принять правильное положение, и не тогда, когда я подавал тебе полотна с чердака… Это произошло в том маленьком ресторанчике недалеко от твоей мастерской, в котором мы ужинали в наш последний вечер.

Было так много работы… У меня затекло все тело, и оно страшно ныло, но я не жаловался. Помнишь? Мы выпили по бокалу сухого вина, и ты хотела еще, но я говорил: «Анна, тебя ведь ждет твой жених». А ты тогда ответила…

– Замолчи! – прошипела сквозь зубы она.

Сейчас. На счет три – раз… два…

Георгий улыбнулся сам себе и встал с дивана.