Коричневая тетрадь

А затем хочет почитать о науке и колдовстве. Потому что это тоже очень интересно.

– Знаешь, оказывается, раньше в Европе знатных девочек продавали замуж. И мальчиков тоже так женили, если они ещё не были совершеннолетними. Особенно если сиротами оставались и с большим наследством. И опекунство покупали, чтобы имуществом сирот завладеть. И считались при этом благодетелями для детей, те их должны были любить и почитать… А ты правда знатного рода? – не удержалась она от вопроса.

– Правда. Мои предки по отцу из Гедиминовичей.

Но мы не из богатых были, – улыбнулся он. – Так что продавать у нас никого не продавали. К началу двадцатого века мы совсем обеднели, только титул и остался. Потом его старались не вспоминать. Прадед обычным учителем в школе работал, дед – преподом в вузе. А отец стал экономистом.

– А ты кем хочешь быть?

– Пока не решил. Программистом хотел, но их сейчас много, поэтому платят всё меньше. Буду думать. Хотелось бы в МГИМО поступить, но там конкурс бешеный и мажорами всё забито.

А было бы интересно. Международные отношения, история дипломатии, всякое такое. И работа престижная обеспечена.

– А актёром? – вырвалось у Ины.

– Зачем? – удивился Радик. – Это ненадёжно. Сначала нужно нормальную профессию получить. А играть – как получится. В провинциальном театре застрять неохота, в столице всё забито, на телевидении тем более.

Ина согласно кивнула и вспомнила, что скоро перемена закончится.

– Прости, мне на третий бежать надо. Увидимся!

Радик улыбнулся и побежал на первый этаж.

– Ну ты и даёшь! – зашипела за её спиной Ира, когда они вбегали в кабинет. Почему королева класса задержалась, Ина не знала, но чувствовать спиной её злой и завистливый шёпот было неприятно.

– Чего даю? – не поняла она.

– С таким принцем френдишь. По нему все девки сохнут, полшколы шипперит, кого он выберет. А ты тихая-скромная, а всех обскакала!

– Ты головкой ударилась? – спросила Ина. – Мы же в одном кружке. Доклады обсуждали.

– Ага.

В воскресенье тоже? После спектакля? Под ручку, через весь город. О докла-адах!

Разговор прервала сердитая Тамара Олеговна. Она всегда сердилась, а после создания исторического кружка тем более. И тиранила всех, кто в нём занимается. Поэтому Ина перестала думать о словах Ирки и весь урок ждала какого-нибудь каверзного, а то и глупого вопроса от исторички. Его, к счастью, не было.

Глава 3. Подслушанный разговор

Радик зашёл к ним в пятницу.