Фенрир. Том II. Коллекционер ошибок

Он видел Леру разной: счастливой, любящей, нервной, разбитой горем, равнодушной ко всему, жёсткой в «Фениксе», саркастичной, заботливой… Но настолько ненавидящей – никогда. Никто при нём ранее не мог вызвать в ней такие страшные эмоции. К конкурентам Лера относилась снисходительно, к агрессивной прессе – иронично, к мужчинам из минобороны – с лёгким раздражением. Он понятия не имел, что хрупкая тонкая Пики могла так неистово ненавидеть.

Внезапно ворота перед домом начали открываться, и внутрь заехал белый бронированный Аурус с телохранителем Карины за рулём.

– Чёрт… – Андрей очнулся, завёл двигатель и, не обращая внимания на махавшую ему улыбающуюся светловолосую девушку, с лёгким буксом пронёсся мимо, расшвыривая гравий.

Домой он ехал на автомате, не замечая знаков и ограничителей скорости. Затылок горел, в ушах грохотал пульс, а сознание постепенно принимало факт того, что своей пьяной выходкой Андрей, видимо, раз и навсегда разрушил отношения с самой близкой ему женщиной.

* * *

– Мам? – Карина зашла в дом в лёгком недоумении и с неприятным осадком от того, что Андрей так откровенно проигнорировал её.

Услышав голос дочери, Лера быстро вскочила, вытерла щёки и несколько раз глубоко вдохнула. А потом в последний момент успела сунуть пустую бутылку из-под виски в винный шкаф.

– Мам, привет!

– Привет, солнышко. Как ты? Как ваша поездка? – Пики изо всех сил старалась скрыть от Карины своё состояние и жизнерадостно улыбалась, крепко обняв её.

– Нормально… Я видела Андрея у нас во дворе…

– Заезжал поздравить меня, – меньше всего Лере хотелось говорить о Фенрире.

– Он какой-то странный был… – Карина обиженно поджала губы, – даже не помахал в ответ…

– Он торопился, – соврала Лера. – Ему позвонила девушка, и он быстро ушёл.

– У него опять новая девушка? – Карина с грустью уткнулась носом в плечо матери.

– А что не так? Андрей взрослый мужчина… со своими потребностями и… Или что, ты всё ещё надеешься, что он будет ждать, когда тебе исполнится восемнадцать? – Лера не хотела вымещать на дочери свою обиду, но и слышать от неё извечные разговоры о неразделённой любви к человеку, этой ночью втоптавшему её в грязь, больше не желала.

– Ничего я не надеюсь! – Карина надулась, став похожей на недовольного котёнка. – Ладно, пойду в душ и ещё немного посплю. Нифига не выспалась на обратном пути.

– Хорошо. Во сколько тебя разбудить?

– К обеду, – зевнула Карина. – А чего у тебя глаза такие красные?

– Наверное, простуда.