Кот Один и королева гоблинов

Конечно, он был из обычного дерева, и я мало что смог бы сделать, встретив вора или кого похуже, но не стоит забывать: с этим мечом я одолел гигантских волков из царства теней!

Посреди лестничного пролёта я остановился и вгляделся в первый этаж: хотя темно было хоть глаз выколи, моё зрение привыкало к этой тьме. Было полное ощущение, что в гостиной никого нет, так что я набрался смелости и преодолел последние ступеньки.

Едва я поставил ногу на пол, передо мной нарисовался силуэт. Я едва сдержался, чтобы не завопить от ужаса, как старый скряга, который нашёл в почтовом ящике счёт за воду, но тут же заметил, что фамилия не его.

Передо мной стояла моя сестра. В руках она сжимала куклу, Танцующего Единорога, которую папа с мамой подарили ей тем вечером.

– Петра! – проворчал я, пытаясь отдышаться. – Меня чуть удар не хватил!

Её взгляд ненадолго задержался на мече; я увидел, как она качает головой, а затем делает мне знак следовать за ней.

– Ты чего на ногах в такой час? – прошептал я.

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – начала она, падая на диван. – Но сначала пообещай мне, что не будешь сердиться.

– Я не могу пообещать, что не буду сердиться, если не знаю, что…

– Альдо! – выдохнула она. – Пообещай, и всё тут!

– Окей, обещаю.

– Сегодня после обеда я нашла лоскутки красной ткани, запутавшиеся в маминых розах, – выпалила она на одном дыхании. – Красной ткани точь-в-точь как мантия Одина, и…

– Петра! – раздражённо воскликнул я.

– Видишь? – обиженно ответила она. – Ты обещал, а всё равно сердишься!

Я хотел было открыть род, но предпочёл промолчать: я и сам скучал по этому проклятущему котяре, и то, что моя сестра, глупышка, только и делает, что говорит о нём, ранило меня куда больнее, чем я готов был показывать.

– Петра, – сказал я, садясь рядом с ней, – уже больше месяца прошло с тех пор, как Один ушёл. Я знаю, что ты души в нём не чаяла, но он уже не вернётся!

– Сегодня у меня день рождения, я думала, что… – ответила она, и по щеке у неё скатилась слезинка.

– Знаю, – ответил я.

Она вытерла лицо рукой и уже через секунду была на ногах, прижимая к груди кукольного Единорога.

– Спасибо, что станцевал танец Единорога, – вздохнула она. – Обещаю, что, МОЖЕТ БЫТЬ, никому это не покажу.

Прежде, чем я успел среагировать, она уже поднялась по лестнице и исчезла.