Между «привет» и «прощай»

У меня все равно не было особых планов – разве что потусоваться с ребятами из пожарной части, заняться серфингом или поиграть в видеоигры. Возможно, в последнее время меня порой одолевали приступы… чего-то. Черт возьми, я не был одинок, но…

«Но поехать к ней?»

Я отбросил прочь неуместные желания, похоронив их под болезненными воспоминаниями. Морган смог пережить испорченное детство, и это была огромная победа. Я сделал все возможное, чтобы картины детства не укоренились в нем настолько глубоко, как во мне.

– Что на десерт? – поинтересовался я, отодвигая в сторону тарелку.

* * *

– А она храбрая, – проговорил Калео, бросая мне бейсбольный мяч на заднем дворе; небо над нами уже окрасилось в темно-фиолетовый.

– Кто?

– Эта Фейт.

– Ты все слышал? – Нахмурившись, я бросил мяч обратно.

– Мне нравится слушать. – Калео с легкостью поймал мяч и кинул его обратно.

– Твоя правда. А с чего ты решил, что она храбрая?

– Ну, она не испугалась, когда вертолет поднял ее в воздух. Мне бы стало страшно.

– Да, она отлично справилась, – согласился я.

– Я же говорю – храбрая, – пожал плечами Калео. – Жаль только, что поранилась. Помнишь, я как-то ободрал коленку?

Уже почти стемнело, и мне удалось скрыть улыбку. Я уже сбился со счета, сколько ссадин и царапин на коленках заработал племянник.

– Помню. – Я бросил ему мяч, Калео вернул его мне.

– Мне тогда еще нужно было ехать на экскурсию в каньон Ваймеа, – продолжил племянник.

– К чему ты клонишь?

– Было бы отстойно, если бы я ее пропустил.

– Я бы просто свозил тебя через недельку.

– Но Фейт некому свозить через недельку. Она не увидит каньон, да и все остальное.

Похоже, племянник был умен не по годам. Впрочем, он и раньше делал выводы, не свойственные семилетнему ребенку.

– И как мне, по-твоему, быть?

Калео ухмыльнулся, в полумраке сумерек блеснули белые зубы.

– Провези ее по острову на пожарной машине!

– Не сомневаюсь, ты и сам не прочь прокатиться, – рассмеялся я.

– А можно?

– Опять? Я в прошлом месяце два раза брал тебя с собой.

– Да мне всегда будет мало, дядя Эш. – Калео закатил глаза.

Поймав его последний бросок, я стянул перчатку и вместе с мячом положил на землю.

– Пойдем домой. Уже слишком темно и с трудом можно что-то разглядеть.