Кусатель ворон

 – Одаренная молодежь – это, брат, ого, к ней в одиночку лучше не соваться, загрызет. Это не мы, однако… Короче, ты что, не можешь помочь своему старому другу?

– Я? Нет… То есть я не против помочь. Просто так… Неожиданно.

– Настоящее дело всегда начинается неожиданно. Вдруг. Внезапно.

Что-то ему надо, подумал я. Раньше Жмуркин бескорыстием ни разу не отличался, скорее, наоборот, задаром и не икнет, не то что о молодежи заботится. И вот этот корыстнелюбивейший Жмуркин вспомнил вдруг старую дружбу, живет-де в городе Г.

Что-то надо. Но, конечно, не скажет что. Ну ладно, здравствуй, милый.

– Счастье – оно как голубь, всегда капает неожиданно, – изрек Жмуркин. – Если оно, конечно, действительное. А вообще, юноша, от нашего путешествия тебе приключатся одни сплошные плюсы.

Тут я едва не поперхнулся. Вспомнил, что все наши прошлые невзгоды начинались как раз именно с такой же вот фразы – ну, про сплошные плюсы.

И Жмуркин немедленно живописал:

– Поход, свежий воздух, немка-флейтистка, кстати, весьма симпатичная. Опять же культурное развитие, Золотое кольцо, оно само по себе возвышает, одним своим воздухом. Комфортабельный немецкий автобус. В институт опять же немецкий пристроишься…

– Культурное развитие, говоришь?

Жмуркин кивнул.

– Ну, понятно, – сказал я. – Мне от этой затеи сплошные печеньки. Тебе… дружеская поддержка.

– Проекту нужен летописец, – ответил Жмуркин.

– То есть?

– Вести блог, записывать путевые впечатления, мысли, происшествия. Как раз для тебя. Потом книгу издадут. В Германии, само собой.

Я почесал подбородок.

– Ну, вот и хорошо, значит, послезавтра отъезжаем, – сказал Жмуркин.

Он поднялся из-за стола.

– Уже послезавтра?

– Есть проблемы?

Есть. Сто двадцать тысяч разных проблем.

– Нет, – сказал я. – Хоть завтра.

– Вот и отлично. Ознакомься со списком участников, завтра в три организационное собрание в кинотеатре. Изволь. И еще вот.

Жмуркин извлек из портфеля лист бумаги, оставил его на столе.

– Изучи, – Жмуркин постучал по бумаге пальцем. – Табель о рангах с подробным именованием пристрастий. Может, кого-нибудь стоит вычеркнуть, погляди?

– Это одаренная молодежь? – поинтересовался я.

– Самая отборная. Лучшие люди. Можно сказать, элита.