Легенда, рассказы и сказки для доброй закваски

Злобой в тот же миг налился –

И приказ: «Убить детей!» В ад, казалось, он спустился

И на пир позвал чертей! Легионеры вдруг ожили –

Ими правил сатана! Копья, мечи обнажили!

Бойня – венец торжества! Как младенцев убивали –

Стонет до сих пор земля! В них мечи тогда втыкали…

Копьями сердца пронзали… О стены били головой…

С галерей их вниз бросали… «Не уйдёт никто домой!»

Ужас в матерей вселился, видя смерть своих детей…

Вопли, стоны… Бес резвился: «Убивай их всех быстрей!»

Матери детей спасали – подвиг их на все века!

Против извергов они восстали – сила духа велика!

На убийц они бросались, мстя за смерть своих детей!

Младенцев на руки хватали.

Но уйти им невозможно – каждый выход перекрыт!

Дворец стал ареной бойни – для несчастных он закрыт!

В конце верхней галереи Воин, тот, что у городских ворот

Службу нёс, стоял безмолвно – он закрыл собой проход.

Хладнокровен, без эмоций… – плоть и кровь он человека,

Но в глазах его был зверь! Для него… нет не помеха:

Стар иль млад, мать и дитя… Он готов их всех убить…

Он – чудовище, просто в доспехи одето… Не ходить!

Здесь смерть! – вид его пугал несчастных!

Те бросались от него, чтоб не видеть глаз ужасных.

Кто-то в ужасе в проход от отчаянья стремился.

Кто-то прыгал с галерей и в падении разбился.

Смерть везде ждала людей: в западню они попали,

И младенцев, матерей хладнокровно убивали.

«Что ж, Вольтигий, ты был прав, – резню сверху наблюдая, –

Поручив мне этот пост! – воин думал, размышляя.

Молодой легионер пост оставил – несомненно!

Проявить себя в резне захотел бы – непременно!

И тогда проход открыт – брешь была бы в западне!

Кто-то смог спастись тогда, но не вышло – хвала Мне!»

Только Воин так подумал, видит – женщина бежит.

На руках её ребёнок. Здесь проход… но он закрыт!

Воин твёрдою рукою на Младенца меч нацелил.

«Вот мой первый убиенный!» – в это он почти поверил.

«Но в последний миг случилось то, что чудом назову!»

Воин меч из рук роняет – боль ужасная в глазу.

Пчела, ребёнка защищая, ранит жалом глаз ему.

Жало, как стрела, вонзилось. «До сих пор я не пойму!

Яд пчелиный сделал дело – я от боли просто выл!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=41622203) на ЛитРес.