Лекарство от смерти

Давай ка, дуй, пробздись, – старик развернул едва стоящего на ногах мужика, направив его прямиком к двери. И, слегка придав ему ускорение ладонью меж лопаток, принялся убирать со стола, жестом предложив Акакию усаживаться.

Оглядевшись, старик ловко стянул с соседнего стола четверть мутной и пару кувшинов браги, нашлась и не хитрая закусь. Не хитрая, но весьма нескудная. Усаживаясь за стол, старик ехидно прищурился.

– Звать то тебя как? – по-хозяйски разлив в берестяные стопки мутную спросил старик. Не дожидаясь ответа он сунул стопку толстяку прямо в лицу, и подняв свою, подмигнув, опрокинул залпом.

Барин чуток смутился. Вспомнил он, как лекари разные в один голос твердили, что не можно ему выпивкой баловаться, да на жареное налегать тоже, что закуской называется. Говорили они, что неровен час, а и стопочка одна последней оказаться может. А тут одной стопочкой явно не обойдётся. Но, говорили также, что жить осталось барину недолго, пусть даже и не будет он пить. Знать, никакой разницы.

Доберёшься до горы чудесной или нет, ещё не известно. Да, скорее всего, помирать хоть так, хоть этак. А потому, лучше уж помирать пьяным и сытым, чем угнетать себя голодом и тоской. Так решил толстяк, да скорее в нём просто голод говорил. Последовав примеру старика, опрокинул барин рюмку. Собственно, так барин решил благодаря старику, что отчитал его у телеги с тетерявшимся молодняком. Правда Акакий не был уверен, правильно ли он понял науку, или по-своему.

– Акакий, – прохрипел барин, ощутив, как жгучий напиток прокатился по его горлу, упал в брюхо, вызвав там настоящую бурю, что в один миг поднялась до самой макушки.

– А я Трифон. Дед Трифон. Ну, или просто дед, – даже не занюхав рукавом, ответил старик. – Как хотишь, так и зови. Мне не зазорно. Ну, так, с каких мест топаешь и куда, брат Акакий? – старик вновь наполнил стопки.

– Я то… – барин едва отдышавшись от первой порции напитка, снимая кончиком языка обожжённую, вспученную пузырём и отставшую от нёба кожицу, не спешил выпивать вторую, но старик осушив свою стопку как-то подозрительно смотрел на гостя.

Пришлось выпить.

Вторая стопка опрокинулась заметно легче, и даже как-то сгладила боль обожжённого нёба. Напиток скользнул по горлу и упав в брюху разлился по телу сильным, но приятным жаром, от которого в голове будто закипели мозги.

– Я-то так, путешествую, – прохрипел Акакий. – Ищу место одно, только даже не знаю, верно ищу или нет. И есть ли оно вообще.