Лер-Лерок и лень-река

Рядом, в разных посудинах лежал разноцветный песок. Аккуратно, с помощью чакпура надо было выложить песок определенного цвета по контуру орнамента. Справлялись с этой задачей только самые терпеливые и усидчивые. Лер-Лерку очень понравилось выкладывать мандалу. Он сосредоточенно выкладывал песчинку за песчинкой. Это кропотливое занятие здорово успокаивало и настраивало на нужный лад. Габриэль через пять минут потерял терпение и направился дальше. Слепомышь с брунькой остались наблюдать за Лер-Лерком. А Лер-Лерок ничего не замечал вокруг, он завороженно выкладывал узор.

За это время Габриэль успел обойти все имевшиеся в лесу аттракционы. Он попрыгал на небесном батуте, соревнуясь с белками-летягами в дальности прыжков, половил изумрудную рыбу в искусственном пруду, и даже успел поиграть на тамтаме, обтянутом драконьей кожей. На обратном пути, счастливый до облаков он застал Лер-Лерка за прежним занятием.

– Ох, вы что, отсюда не выходили, изумился он. – Вы пропустили все развлечения.

– Ну почему же, я отлично развлекся, сказал довольный Лер-Лерок. – Хочешь попробовать?

– Ну уж нет, для меня это слишком скучное занятие, не согласился Габриэль. Начинало темнеть, все вместе они побрели к подсолнечной арке, на выход. Но аттракционы и не думали прекращать свою работу. Повсюду зажглись яркие огоньки, и от этого у всех на душе было ощущение праздника.

– Как здесь красиво, восхитился Габриэль, засматриваясь на иллюминацию.

– Свет от звезд не менее прекрасен, и любоваться им можно каждую ночь из любой точки мира.

– И правда, все завороженно посмотрели на небо, уже освещенное тусклым светом первых звезд. Молча, друзья возвращались в серый город.

***

Их встретили те же неприветливые пустые улицы. По-прежнему, не было ни души. Лишь монотонное стрекотание швейной машинки навязчиво доносилось из соседнего дома. Заглянув в первый дом, Лер-Лерок толкнул дверь, и она легко поддалась.

– Эй! Здесь есть кто живой, крикнул Габриэль. – Можно нам войти? Ему не ответили.

Но Габриэль уверенно распахнул дверь и вошел в комнату. Комната больше походила на коробку от холодильника, чем на жилое помещение. Крохотная, тесная клетушка освещалась одной единственной лучиной. Из-за мрачного освещения предметы в комнате отбрасывали нелепые, гротескные тени, вызывая тихий ужас у Габриэля.

Манорыч сидел за столом и что-то выкладывал пинцетом. На носу у него были старинные бифокальные очки в роговой оправе.